0
0Самое обидно было, что им и то больше платили, чем была моя зарплата в этой сраной фирме. В общем, я ему предложила ублажить Борзова и, естественно, меня уволили. Я ещё потом полгода нигде по профессии устроиться не могла из-за этого всего.
— Это всё?"
"— Нет. На каждом пиздецовом торте должна быть вишенка. Дня после моего увольнения не прошло. Я домой вернулась вся в печали с килограммом копчёных крыльев наперевес. Планировала обожраться за просмотром чего-то грустного. А из ванны этот... по пояс в моё полотенце обмотанный. Следом Анька довольная как кошка и так на его плечах повисла идиотка. Меня тогда так всё это разозлило, что я даже не думала о моральном облике сестры.
— Может, он вас перепутал? — предположила Лиля, тем самым меня рассмешив.
— Не может быть, а так и было. И это лишь подтверждает, что эти гнусные требования были с подачи Борзова. Мне же потом и зам звонил, предлагал вернуться, посчитав, что я выполнила его приказ.
— Ты прости, конечно, но что-то здесь не то. Я оказалась у Жени, когда мой бывший работодатель послал к нему с тем же. Женя меня не тронул, ещё и работу предложил нормальную, без всяких сексуальных поползновений, — заявила Лиля.
— Когда это было? — мной был только задан вопрос, я ещё не получила на него ответа, а на языке уже крутился язвительный ответ.
— Год назад, — без запинки ответила Лиля.
— Ну вот! У него на других не стоит, гештальт не закрыт отсюда и импотенция. Пока меня не трахнет так и будет мучиться. Бедный, — съязвила я, ну аж полегчало.
После этого дурацкого разговора Лилия на меня даже обиделась. Как верный солдатик за своего командира. Больше не садилась со мной за стол, только готовила и убегала сразу. Я тоже расстроилась, но не давила на неё. Ждала, пока она сама сделает первый шаг в мою сторону.
Борзов явился спустя три дня.
Мы с Камиллой уже к этому времени окончательно выздоровели и после сон-часа я хотела съездить с ней в магазин.
Развеется и купить новых пижам и маек для дочки.
Плохая идея была довериться стиральной машине и выставить стирку детской одежды на соответствующий режим. Всё постиралось на девяносто пять градусов и прилично село. К тому моменту, когда я поняла, что вещи Камилле стали малы была перестирана добрая половина домашнего детского гардероба.
— Привет, — Женя пришёл к нам в дом, когда Камилла ещё спала.
Прошёл с подарком в руках, а их он всегда вручал малышке лично, так что я уже понимала, не уйдёт.
— Камилла спит ещё, кофе хочешь? — предложила любезно, пытаясь быть душкой.
— Да, — согласился Борзов и стал разуться.
— Хорошо, в гостиную проходи тогда, а я пока приготовлю кофе.
— Хотя нет, не надо кофе.
— Что так? — удивилась я.
Из вариантов было только что он хочет к бутылкам своим приложиться.
