1
0Чудом остаюсь на ногах, уткнувшись носом в чью-то спину.
В голове проясняется. И основной эмоцией снова становится страх. Успел ли Ксаррен меня заметить? Спина сдвигается в сторону, открывая обзор, и я выдыхаю с облегчением. Ксаррен уже проехал мимо. Взгляд его по-прежнему блуждает по толпе, но меня там уже нет.
– Прости, девка, меня самого толкнули, – грубовато поясняет какой-то мужик.
– А? Что? Ах это… – Смотрю на бородатого громилу с благодарностью: если бы не он, я бы так и стояла как истукан. – Все хорошо.
Толпа уже потеряла интерес к вновь прибывшим, и вокруг меня стало просторнее. У меня получается дотянуться до капюшона и накинуть его на голову.
Несколько мгновений остаюсь на месте, пытаясь унять дрожь в ногах. Уже второй раз чуть не влипла. И на этот раз по краю прошла.
Прижимаю к груди узелок с дрожжами и начинаю пробираться к выходу с рынка.
У самого последнего прилавка моё внимание привлекает запах выпечки. Не то, чтобы он мне сразу понравился, скорее наоборот, у кого-то что-то пригорело. Само по себе это ещё ни о чём не говорит, могла корочка упасть в огонь. Но к этому примешивается запах чего-то затхлого, как если бы у муки вышел срок годности ещё в прошлом году. Невольно морщусь.
Запах идет из пекарской лавки на углу. Не про нее ли говорила Райта? Решаю заглянуть хоть глазочком.
Подхожу ближе. Из приоткрытого окна доносится визгливый женский голос:
– Да что ж это такое, прошлый раз хлеб был внутри сырым, а сегодня… вы только посмотрите люди добрые, с плесенью. И не надо мне говорить, что я храню его с прошлой недели. Деньги верните. Вот у Фриды всегда хлеб был так хлеб.
– Говорят, внучка Фриды приехала, будет теперь вместо неё пекарней заправлять, – гудит мужской голос. – Вот только девка молодая, справится ли.
– Да уж хуже не будет, – громко заявляет женщина, выходя из лавки.
Делаю шаг назад, пропуская ее. Пожалуй, не стоит мне сейчас соваться внутрь.
Разворачиваюсь, собираясь покинуть рынок, но в этот момент замечаю в толпе знакомую фигуру.
Сам мэр пожаловал? С ним двое стражников. Приглядываюсь к форме и выдыхаю с облегчением, на драконью стражу не похоже. Но и настроения встречаться с этим неприятным типом у меня нет.
И я ныряю за угол.
– А ну, р-разошлись, – рявкает мэр.
Я стою, прижавшись к стене рядом с открытым окном пекарни. Судя по звукам, мэр зашёл внутрь. Самое время уйти. Тем более что неприятные запахи здесь чувствуются ещё сильнее. Но следующие слова останавливают меня.
– Аластор, – жалобно канючит незнакомый женский голос. – Эта вздорная баба опять ругала мой хлеб и опять ныла про Фридину пекарню. Это правда, что там появилась какая-то новая девка.
– Это ненадолго, лапонька, – курлычет мэр.
