3
0Обязательно освободят. Он должен в это верить…
Никита оставался в полном одиночестве до самой ночи. Никто его не тревожил. Адвокатов не наблюдалось — или их не пускали, или они сами к нему не рвались. И к следователю его не вызывали. Ни для дачи показаний, ни для предъявления обвинения.
Уверенный, что с ним все будет хорошо, Никита разделся, залез под одеяло. И постарался уснуть.
Сегодня трогать его не будут — это точно. Ночь на дворе. А по ночам — согласно Уголовно-процессуальному кодексу — допросы запрещены…
Но Никита ошибся. Он уже засыпал, когда со скрипом отворилась дверь в камеру. Послышался густой бас постового:
— На выход…
Никита легко соскочил со шконки, начал быстро одеваться. Он решил, что его собираются выпустить на волю. Сапунов и адвокаты сделали свое дело. Сейчас ему принесут извинения и выведут из изолятора. А на улице уже машина стоит, чтобы увезти его домой.
Никита оделся, стал собирать свои вещи.
— Эй, не торопись, — небрежно одернул его коридорный. — Ты еще сюда вернешься…
Никита оторопело посмотрел на него.
— А разве меня не выпускают?
— Еще чего… На допрос…
— Какой допрос в час ночи? — Никита возмущенно вскинул брови.
— А это не ко мне вопросы… Давай, пошевеливайся! Лязганье замков, запоров, мрачные коридоры, скрип дверей-решеток, конвоиры. На конечном этапе пути — мрачный, плохо освещенный кабинет. И два крепких мужика в джинсах и потертых кожанках. Хмурые озабоченные лица, злобные, уставшие взгляды. Один среднего роста, коренастый, с квадратным лицом и массивной нижней челюстью. Второй высокий, жилистый, хищный колючий взгляд глубоко посаженных глаз. Непонятно, кто эти люди — или следователи, или опера. Но в любом случае — менты. Тут и гадать нечего.
— Захады, дарагой! — непонятно почему с кавказским акцентом сказал первый.
Второй бесцеремонно подошел к Никите, грубо схватил его за шиворот и подтащил к табурету, намертво вкрученному в пол. Рядом батарея центрального отопления. Щелкнули наручники — одной рукой Никиту приковали к трубе.
— Это беспредел, — исподлобья посмотрел на ментов Никита.
— А мы менты-беспредельщики, — хохотнул один из них. — Не слышал о таких?..
— Вы за это ответите…
— Заткни пасть, мурло!.. Или тебе заткнуть?
— Вы, наверное, не знаете, с кем имеете дело?
— Как это не знаем? — вроде бы искренне возмутился коренастый. — Знаем. Убийца ты. Самый натуральный убийца…
— Это еще надо доказать.
— Зачем доказывать? Ты нам во всем признаешься.
— Вы, наверное, меня не за того принимаете.
— Да?.. А кто ты такой?
— Я владелец отеля «Эсперанто», я член совета директоров крупнейшей нефтяной компании…
— Член? А ты знаешь, что член членом вышибают?.. — засмеялся один.
Менты вели себя как последние хамы.
