Брачные ошибки

С ней-то как раз все было в порядке: смазливая и аппетитная девица, но вот её титул…

«Если бы не этот глупый скандал с женой идиота Мирагно… принесла же его тогда нелёгкая раньше времени! Появлялся бы сейчас в свете при королевском дворе… Там и выбор девиц побольше, да и денег не меньше… Хотя… Там и ростовщиков избыток с долговыми расписками. Все равно спокойно бы жить не дали… а здесь почти провинциальная благодать…», – утешил маркиз сам себя.

Последнее время отец маркиза, старый герцог фон Штернберг, чтоб его ревматизм скрутил на всю осень, отказывался оплачивать долги младшего сына и требовал всяких отвратительных вещей: поступить на королевскую службу и прекратить кутежи и попойки, расстаться с бесчисленными девками и любовницами, найти приличную богатую невесту и обзавестись, наконец-то, наследником рода.

К огорчению их сиятельства, его старший брат вместе со своей костлявой жёнушкой так и не смогли родить ни одного мальчика, и теперь он, младший сын, должен был отдуваться за всех."

"К сожалению, при всём уме, прекрасных светских манерах и красоте деньги у маркиза почему-то не задерживались.

Их всегда было слишком мало, и никакие требования отца взяться за ум не помогали. И вот уже почти два года старый хрыч не оплачивает долги сына. Омерзительное поведение родителя сильно расстраивало маркиза.

Да и сейчас ситуация случилась не слишком приятная. Бертран фон Ланге рассчитывал на хороший ужин с отличным лусийским розовым и дружную компанию, относящуюся к нему с почтением. Если не считать герцогской семьи, то здесь, в Вальдебурге, ему не было равных по титулу и знатности рода.

Знатные семейства города почитали за честь заполучить маркиза к себе на ужин. В общем-то, господин маркиз даже готов был признать местное общество довольно приятным, хотя и несколько чопорным. В столице развлечения были поинтереснее!

Но, увы, столицу пришлось бросить из-за нескольких скандальных историй с женщинами и слишком большого количества ростовщиков, которые последнее время совсем потеряли страх и лезли со своими, точнее, с его, маркиза фон Ланге, расписками чуть ли не в фамильный особняк. А между тем постоянные мысли о деньгах сильно мешали его сиятельству наслаждаться жизнью.

«Омерзительно! Впрочем, по словам Горша, у баронессы огромное состояние и вообще нет долгов. Это, должно быть, от скудости ума и убогости её желаний...». Горш был личным ювелиром семьи герцога фон Рогерда и очень дёшево выкупил у маркиза перстень с фамильным рубином.

«Ещё и торговаться посмел, каналья! Ну ничего... Как только я доберусь до состояния Эльзы... вы все у меня узнаете, кто такой маркиз Бертран фон Ланге! Все узнаете!».