Бирюк

Будь оно как будет."

"— Знаешь что? Пойдем спать, Сашк. Ничего мы сейчас не решим и не сделаем.

— Насчет сделаем — это тебе лучше знать. А я для себя все решила.

Решила она.

В кровати Сашка прижалась к моему боку и устроила голову на плече. Я аж зажмурился в темноте, впитывая всей своей толстой шкурой этот кайф от ее близости. Просто лежать с ней рядом. Ладонь узкая на моей груди. Дышит тихонько. Тепло. Как давно мне не было вот так тепло? Если бы еще не ебаный осиный рой думок в черепушке.

Главное ведь — не начать дергаться. Ясно как белый день, что этот капитан Корнилов приходил не просто мило поболтать со мной. Сто пудов у него уже есть четкое представление, как все было на самом деле с этим жирным боровом, мэром, и оно наверняка весьма близко к реальным событиям. В ФСБ лохов всяких не держат. Вот только пришел он один и трепался что-то сильно много, практически все передо мной выложил. Так они обычно не работают. На что расчет? Что я заочкую, побегу к Боеву с Камневым докладывать, что жопы у нас в огне? Ага, типа я наивный чукотский юноша и не понимаю, что он где-то рядом теперь пасется, ожидая моей реакции. Бежать — не побегу. Но вот звякнуть Боеву нужно. Именно сейчас, паузу выдержав. Не сразу, типа в панике. Логично же, что я позвоню другу и коллеге с уточнением «че за на хер», а вот если совсем смолчу — не логично.

Нащупал на тумбочке возле кровати телефон, придержал попытавшуюся поднять голову Сашку.

— Шаповалов, ночь на дворе, — хрипло проворчал Боев. Спит, значит, Корнилов не добрался до него пока.

— Я в курсе. Но ко мне тут гость странный наведался. Капитан Корнилов из ФСБ, — тона я старался придерживаться почти равнодушного.

— Корнилов? Фамилия генеральская прям, — фыркнул Андрей, но я уже уловил, что он весь напрягся. — Че хотел?

— Да про какого-то Вознесенского Дмитрия Алексеевича спрашивал.

— Кого? — выдержав четкую паузу, нарочито лениво спросил он. — Че-то не припоминаю. Клиент у нас такой разве был?

— Нет вроде. — Я и зевок выдавил. Если и слушает нас «большой брат», то пусть хавает.

— Ну и чего тогда ночью трезвонишь? — якобы недовольно прорычал Боев. — Нельзя, что ли, было завтра на работе…

— Да спи уже.

Все, в известность я его поставил, остальное только в приватной беседе без возможных ушей.

И про пробросы корниловские насчет Катьки и уебка жирного я тоже нарочно умолчал. Ведь только долбоебский брат станет даже намекать нынешнему мужику сестры на ее прошлого, чего бы там ни было. Так что все нормально, укладывается в схему. Даже если Корнилов точно знает, что бесследное исчезновение Вознесенского — наших рук дело, то спалить нас по этому разговору не выйдет. А Андрюха теперь будет готов. Катьку прикроет, а я, если все херовей некуда пойдет, — его.