Безжалостные люди

Я бы не стала преклоняться перед ним. Не сегодня. Не завтра. Никогда.

Он был так занят, пытаясь понять, как расстегнуть молнию на моем платье, что отобрать у него пистолет было все равно, что отобрать конфету у ребенка. Отчаянно прижимаясь ко мне еще сильнее, ближе, он почти просто отдал мне огнестрельное оружие.

Одним сильным толчком я заставила его тело отделиться от моего, которому, на удивление, уже не хватало его тепла. Он уставился на меня с отчаянием. Я навела пистолет и нажала на спусковой крючок, отчего его нога подогнулась. Он вздрогнул от шока, когда пуля прошла через его бедро, затем взревел от боли и упал на одно колено.

Правильно, приветствуя Босса.

— В-третьих, если ты когда-нибудь снова прервешь меня, Лиам Алек Каллахан, пусть Бог смилуется над твоей душой, когда я отправлю тебя к нему, — я поцеловала его в щеку и вытащила обойму из пистолета вместе с пулей в патроннике, прежде чем направиться к двери.

Когда я открыла ее, мои люди были там с пистолетами, направленными на Деклана и Нила, которые повторяли их позы. Это объясняло, почему ни один из них не вошел. Они не могли проверить дверь, не повернувшись спиной к врагу.

Все мои люди оглядели меня с ног до головы с гордыми улыбками на лицах.

— Что бы вы хотели, чтобы мы с ними сделали, мэм? — спросил один из них, Антонио Франко, ухмыляясь шире, чем остальные. Антонио ненавидел Каллаханов так же сильно, как и Федель. Он не был так близок мне, как Монте или Федель, но он был настолько предан, насколько это возможно. Он и его отец работали на Орландо задолго до того, как я пришла к власти. Заставить его подчиниться означало заставить старших — тех, кому все еще было горько, что я, женщина, и к тому же молодая, теперь была Боссом, — подчиниться.

Я повернулась к своим родственникам и улыбнулась, прежде чем протянуть им руки для рукопожатия.

— Я приношу извинения за то, что не была должным образом представлена. Как вы знаете, я Мелоди Никки Джованни, но вы можете называть меня Мел.

Они не пожали руки в ответ. Вместо этого они свирепо смотрели, их пистолеты все еще были подняты.

— Ах, да, ваш брат, — я притворилась, что забыла. — Он немного побит, и ему понадобится врач. Но не волнуйтесь — выстрел был сделан чисто и навылет. Он будет ходить через несколько часов. Вы можете проведать его, а я попрошу Адриану показать вам ваши комнаты.

Я кивнула своим людям, приказав им бросить оружие, они нахмурились, но подчинились, прежде чем последовать за мной к лифту. Он открылся, чтобы показать не только моего отца, но и старшего мистера Каллахана. Заставляя меня еще раз осознать, что Каллаханы были благословлены быть чересчур красивыми, на мой взгляд.