Беспредельщик

Его мышцы налитые и словно прорезанные на подсушенном теле напрягались вместе с прорисованными деталями механизма.

Фигура Платона с широкими плечищами и накаченной спиной смотрелась ужасающе. И на руках бицепсы и трицепсы были словно сшиты выпуклыми венами уходящими до самых кистей рук.

У меня аж во рту пересохло от разглядывания этого дикого мужика. Терминатора.

Самойлов сделал несколько длинных прыжков и вцепился руками в круглые брусья. Раскачался, провернул сальто в воздухе и перехватил прут лестницы. Быстро перебрал все ступени руками. Подтянулся ногами. Сделал четкий подъем-переворот. Несколько раз туда-обратно. Затормозил ноги над головой, удерживая их стальным прессом. Повис на коленях и выгнулся в обратную сторону. Раскачался до перекладины и перехватил ее руками.

Спустил ноги и спрыгнул на землю. А потом я окончательно охренела, когда он отпружинил от земли и легко запрыгнул на двухметровый контейнер. И сделал на нем несколько сальто вперед, прошелся на руках, держа ноги ровно кверху. И ловким сальто спрыгнул с двухметрового контейнера."

"Он скрылся из вида. А я все не могла дышать. Так и стояла окаменев.

Нихера ж себе!

Самойлов — паркурщик.

Один из этих психов, что лазиют по заброшенным стройкам, прыгают по домам, перепрыгивают с крыши на крышу многоэтажек, как белки-летяги.

Он, как чокнутый человек — паук, идеально владел своим телом. Вытворял трюки покруче профессиональных акробатов.

Это было невероятно круто наблюдать. Еще и в его исполнении.

Платон вышел из-за металлической стенки контейнера и заметил меня.

Грудь у него была чистая. Без этих механических татуировок.

От этого его идеально очерченные мышцы были четче видны. И квадраты груди с маленькими точками темных сосков и плоский живот с решеткой пресса. Он тяжело дышал, восстанавливал дыхание, пока шел ко мне. Вблизи я заметила как на солнечном сплетении у него блестят капли пота.

Привычным движением Платон заправил челку назад, чтоб не лезли волосы в глаза. Но от хотьбы несколько черных прядей все равно выбивались и прикрывали справа его скулу. От этого его вид был слегка небрежным и невероятно сексуальным.

Я аж потопталась на месте, чувствуя, что с каждым его шагом узел внизу живота сильнее затягивается и тянет.

Самойлов определенно очень возбуждал меня.

Чем ближе подходил он, тем дальше отходила я. Уперлась спиной в стену ангара.

Стояла нешевелясь, словно пригвозденная его ядовитым зеленым взглядом.

Платон не остановился на безопасном расстоянии. Подошел ко мне вплотную. Навис надо мной теневой тучей, заслоняя яркое солнце. Он резко уперся рукой над моей головой. И я оказалась в капкане из его тела. Он пах потом и кожей. Без отдушек и духов. Его естественный запах был охренительный. Чистейший мужской феромон.