Беспредельщик

Лешка на миг завис на крутых татухах своего кумира.

— Ты что такое говоришь? Она даже машину продала за бесценок, чтоб тебя из тюрьмы вытащить. А когда узнала, что ты сам справился три дня плакала и дверь открытой держала. Она ведь к твоему приезду даже ремонт затеяла. Я с пацанами помогал ей. Двери все поменяли. Зря ты с ней так, Брэйн, — Лешка вдруг огорчился и поднял и удочку и ведро. Стало ему сильно обидно за подругу. А еще Брэйн вдруг разочаровал.

Самойлов смотрел прищуренно и долго. Переваривал информацию.

Лили продала свою тачку, чтоб его из тюрьмы вытащить?! Живет и дальше в той халупе, ремонт сделала?! Это точно пацан за Лили говорит, не за другую девушку?!

— А что ж она с бывшим своим сошлась, раз меня так ждала, — рассеянно пробормотал он вслух.

— С кем? Никого у нее нет. Она к друзьям ездила, чтоб договориться о твоем освобождении. Знаешь, Брэйн, очень зря ты ее так обидел. Она очень хорошая. И нам с мамой часть денег дала, чтоб мы смогли отдохнуть. Чтоб мама меньше ночных смен брала. Может и к лучшему, что ты ушел. Не достоин ты Лили. Я скоро стану старше и женюсь на ней. А ты… ты… и дальше гуляй! — грубо выпалил Лешка.

А Самойлов рассмеялся с праведного гнева влюбленного подростка. Быстро натянул обратно футболку. Все таки, понял, что он долбоеб непрошибаемый. Поверил Максу, Ринату, не спросил сам у Лили ничего, не объяснился со своей принцессой. Обидел по глупости любимую девочку.

И уже взбираясь на крутой склон обернулся и сказал Лешке

— Спасибо, малый. Только за Лили забудь. Потому что жениться на ней я буду.

Глава 45

Лили.

Я прошла мимо супермаркета. Завернула на прямую дорогу к своей панельке. Своей!

Охренеть, никогда не думала, что иметь свой угол так приколько. Возвращаться с работы домой и знать, что нет там родителей-потребителей. Нет своей детской комнаты. А есть целый мирок. Обустроенный под себя. Даже фикус в горшке, который я притарабанила пару дней назад.

Я миновала череду препятствий — вонючие альтфатеры. Поздоровалась с соседями — бомжами. Вошла во двор.

Замерла…

Черный байк. На нем черный фрик.

Сидит в полоборота и пялится на мои окна.

И я совру, если не признаюсь, что мое сердце не припустило в пляс. Но я упорно проигнорировала эту убийственную трель в груди.

Ненавижу я Самойлова. Пошел он к херам.

Все. Больше нет ему места в моей жизни. Сам просрал все. Бросил меня, как шлюху залетную. Перебесилась я, переплакала.

И боль тупую проигнорирую.

— Стоять! — прорычал Платон, когда я мимо него прошла.

Я не обернулась, только привет ему факовый двумя средними пальцами над головой сложила.

Это тебе от Лили, гад!"

"Шла я к подъезду спокойно и размеренно. Не дождется фрик, чтоб бежала я от него, как испуганная. Пусть в свои миллионные хоромы возвращается.