7
0
Нутро зудит от гребаной потребности в ласке, но как и прежде, хочу, чтобы “пришла” ко мне сама.
Ей требуется минута, чтобы на это решиться.
Приподнявшись, переползает ближе и набрасывает на меня простыню. Укладывает голову на мою грудь, гладкую, как шелк ногу, кладет между моих.
Расслабляюсь, прижимая ее к себе. Прижимаюсь носом к ее волосам. Она тихо сопит. Перебрасывает через мой живот руку, ерзает, подстраиваясь под мое тело. Кажется, у нас не будет с этим проблем. Ее тело повторяет контуры моего во всех доступных местах, как глина.
— Если хочешь заняться сексом, только скажи, — бормочу хрипло.
Не думаю, что ей нужен секс. Просто хочу услышать ее голос.
— А ты что, только словами понимаешь? — шепчет устало.
— Угу, — отзываюсь сухо. — И бабочек кулаками ловлю.
— Не сомневаюсь, — бормочет Рита.
Возможно, я грубиян, но ее тело постепенно расслабляется. Становится тяжелее. Дыхание замедляется. Я отключаюсь вслед за ней, быстро и без проблем, и мне не мешает даже настойчивая вибрация ее телефона где-то на подоконнике.
Глава 14.Марго
Лоб задевает глубокое размеренное дыхание. На опущенные веки давит яркий утренний свет.
Боясь его спугнуть, предпочитаю не шевелиться и не открывать глаза. Только чувствовать. Ощущения такие острые, что мне хочется ерзать и тереться о сильное мужское тело, вокруг которого я обмоталась, как послушная дурная кошка.
Боже, он пахнет сексом.
Я озабоченная.
Волоски на каменной груди щекочут щеку. Утыкаюсь носом в теплую кожу и втягиваю в себя ее запах. Сонное тело млеет, мышцы между ног сжимаются.
Я так давно не спала с мужчиной, что просто подыхаю от ощущений.
Даже тот факт, что я не в своей постели, а в чужой, не отрезвляет.
Я влюблена в непробиваемого капитана Стрельцова, и не знаю, что с этим, черт возьми, делать!
Впустить его в свою жизнь?
Стрельцов не из тех мужчин, которых можно впустить в свою жизнь и не заметить этого. Он будет повсюду. На меньшее он никогда не согласится. Я не привыкла отчитываться. Ни перед кем. Раскинувшись на диване, он позволяет мне прижиматься к себе, как захочется. И в этом проблема. Позволяет он, а не я!
С паникой понимаю, что ощущаю себя позорно беззащитной. У меня нет сил сопротивляться ему. Все, чего я хочу — это его ласкать. Хочу делать ему приятно. Послушно и молча.
Сглотнув саднящий в горле ком, целую его ключицу. Пальцами глажу его крупные ребра, запоминая каждую деталь.
Картинки вчерашнего дня проносятся перед глазами, вгоняя меня то в панику, то в трепет. Я пытаюсь злиться, потому что Глеб влез в мои дела без разрешения, но не могу. Мне никогда не было так мерзко, как вчера. Я понимаю желание любого человека при мозгах не связываться с Петровским, я не маленькая, но все равно не хочу видеть никого из них. Ни Влада, ни Чернышова, ни Романова.
