3
0— Можно мне войти?
— Ты умный человек, — вскидываю подбородок, чтобы смотреть в его глаза. — Похоже, что я тебя ждала? Или что хотела тебя видеть?
В ярком освещении лестничной площадки вижу, что за всем его лоском и дорогой одеждой стоит усталость в виде щетины на подбородке и легких кругов под глазами. Но я не собираюсь его жалеть. Для этого у меня нет ресурсов. Никаких. У меня нет для него ресурсов, черт возьми. Они закончились давным-давно.
Я слишком долго не могла понять, что нельзя вернуть прошлое, а теперь… я не хочу его возвращать.
— Я ненадолго, — настаивает, давя на меня взглядом.
— У тебя пять минут, — предупреждаю, отходя в сторону.
Держа руки в карманах пальто, он проходит внутрь. Смотрит на сваленные у своих ног пакеты и на щенка, обнюхивающего его до блеска начищенные туфли.
Когда-то я хотела сказать ему очень много. Я миллион раз составляла в голове наш диалог, а сейчас ничего не могу вспомнить. Ни одного чертового слова.
— Я развожусь, — сообщает он вдруг.
— Сочувствую, — произношу хриплым голосом.
Боль пронзает сердце. Резкая, но короткая."
"Я ждала этих слов так долго, что они уже давно перестали иметь для меня значение. Но та “я”, которой двадцать один и которая беременна, та “я”, кажется, все еще их ждет. Испуганная, но храбрящаяся. С положительным тестом на беременность в дрожащей руке и полным непониманием «что делать» в голове.
К тому моменту он был женат целых две недели.
Мои глаза топят слезы, но они как очищение.
Я хочу избавиться от этого раз и навсегда. Хочу избавиться от этого мужчины, потому что больше его не люблю, а он никогда не любил никого, кроме себя самого.
— Марго… — сделав шаг, протягивает ко мне руку, но я шарахаюсь от нее, как от чумы.
Я не хочу его прикосновений. Они чужие. Инородные.
Он смотрит на меня исподлобья. Тяжело и немного дико.
— Я была беременна… — произношу, отходя на два шага.
— Что? — на его лбу собирается складка. Лицо становится напряженным.
Мои слезы высыхают так же быстро, как возникли.
Мне не больно. Больнее, чем тогда, быть не может.
— Два мальчика, — складываю на груди руки. — Выкидыш на позднем сроке. Так что от меня у тебя детей нет, не нужно так смотреть.
— Почему… блять… — проводит по волосам рукой. — Почему ты не сказала?
— У тебя в паспорте уже стоял штамп. Насколько я знаю, два штампа на одного запрещено законом.
Я знаю, что моя беременность ничего бы не изменила. Он тоже это знает. Но, несмотря на все, я хотела их… с ним или без него…
— Рита… — вздыхает. — Я развожусь. Мы взрослые люди и можем просто начать все заново.
Запрокинув голову, смеюсь.
— Извини, Дим, — трясу головой. — Но отношения с тобой мне неинтересны.
— Уверена? — положив на талию руки, смотрит с насмешкой. — Может, проверим? — недвусмысленно смотрит на мое тело.
