4
0
– Какая?
– Тумбочку надо в Локтевку отволочь.
– Что?
– Ну мебель такую, – принялся растолковывать Валера, – жуткую поцарапанную развалину.
– Зачем же ее в эту Локтевку тащить?
– Там у тещи брат живет, она ему ее пообещала, – со стоном протянул Валера, – Иван Павлович, выручай.
– Но я-то чем могу помочь?
Валера задрал рукав. Я увидел толстую повязку.
– Упал вчера, сильно ушибся, хорошо, руку не сломал, – разохался сосед, – а теща орет, словно потерпевшая, невменяемая совсем: вези тумбочку, и точка.
– Где же эта Локтевка?
– А недалеко, – обрадовался Валера, – по МКАД, налево…
Он детально объяснил дорогу, и тут меня осенило: это же совсем рядом с тем местом, где нашла свою погибель моя «десятка».
– Ладно, – перебил я Валеру, – поеду, но с одним условием.
– Проси, что хочешь, – кивнул сосед.
– Сначала завезем тумбочку, а потом вы со мной в одно место съездите, буквально в двух шагах от вашей Локтевки.
– Не вопрос! – закричал Валера. – Пошли!
Я тоже испытал радость. Мне повезло, не придется брать «Мерседес» Норы, я понимаю, что вам это покажется глупым, но за рулем «Лендкрузера» Валеры я чувствую себя совершенно спокойно, а стоит мне усесться на шоферское место в «шестисотом», как ноги словно опутывают толстые веревки.
«Лендкрузер» выглядел дико. Валера купил его примерно год назад, что для машины подобного класса не срок. Большой, роскошный, иссиня-черный, практически новый джип. Тонированные стекла, массивный «кенгурятник», «бриллиантовая оптика», кожаный салон цвета кофе с молоком и… привязанная на крыше ободранная тумбочка, сделанная косорукими советскими мебельщиками году этак в 1960-м, если не раньше.
– Вы уверены, что эту рухлядь стоит тащить родственнику Ангелины Степановны? – осторожно осведомился я, оглядывая то, что постеснялся бы сжечь в печке. – Вещь-то совсем на ладан дышит. Ну зачем она мужику? Ободранная, поцарапанная, и, похоже, одной ножки нет!
– Ты это теще объясни, – хмыкнул Валера, – невменяемая совсем, гундосила неделю: «Тумбочка хорошая, недавно куплена. Еще в семидесятых сказала, ежели выбрасывать соберусь, то лучше брату отдам».
– Ну если еще в семидесятых обязательство было дано, то конечно, – ухмыльнулся я и сел за руль."
"До Локтевки мы добрались очень быстро. Я не сноб и никогда не стану ругать вещь лишь потому, что она российского производства. Вот Николетта, та даже не взглянет на отечественное изделие. Я же очень хорошо знаю: «Докторская» колбаса много вкуснее прибывшей из Дании и называющейся по недоразумению «Золотой салями». Опять же не советую вам лакомиться шоколадными конфетами, выпущенными в Турции, купите лучше коробочку отечественных конфет, кстати, очень неплохая вещь – одеяло из чисто овечьей шерсти. Не все наше плохо.
