4
0
Удивляется, что не пускаю…
И на кого я похожа? На кого?
Натыкаюсь какое-то препятствие спиной, с грохотом роняю непонятно, откуда взявшуюся на пути вешалку…
И обреченно смотрю, как распахиваются двери хамама, и на пороге появляются двое крепких обнаженных мужчин с полотенцами на бедрах.
— Простите, — похоже, это слово сегодня у меня лидирует по частоте произношений, — простите меня… Я… — смотрю в глаза Каза, удивленные очень, и договариваю, — я не хотела подслушивать…
Глава 35
— Привет, Маруся, — первым, как ни странно, отмирает Ар, кивает мне, — меня зовут Ар, я — муж Ляли.
— Да… — я, до этого намертво залипшая на удивленном, нахмуренном лице Каза, медленно перевожу взгляд на Ара, — я вас видела… Мельком… — и, остро ощущая на себе по-прежнему неотвратимый взгляд Каза, продолжаю с вымученной улыбкой, — очень… приятно… Простите… Я переодеться зашла, просто мимо… И…
— Привет, — подает голос Каз, и я вздрагиваю от таких знакомо-незнакомых хрипловатых нот, — а я думаю… Чего не отвечаешь? А ты тут отдыхаешь, уснула, будить не стали…
По губам его скользит усмешка, и я чувствую себя виноватой… Непонятно, почему."
"Ловлю себя на этой эмоции, знакомой очень по прошлой, совсем недавней, но такой далекой в моих мыслях уже, жизни, и хмурюсь.
У меня нет причин быть виноватой. Я никому ничего не должна.
— Да, — киваю я, и в этот раз внутренне спокойной себя чувствую, — меня Аня пригласила. Но я уже ухожу. Простите, что помешала.
С этими словами разворачиваюсь к гардеробной, где оставила свои вещи. И спрашивать ничего по поводу услышанного не собираюсь, по крайней мере, сейчас. В конце концов, ничего особенного я не услышала, если вдуматься в саму ситуацию… Ну, разговаривали мужчины, ну обсуждали мою похожесть с кем-то, им обоим знакомым… Неприятно, да. Но зато теперь понятными становятся все взгляды Каза, его вопросы, вообще его внимание.
Я ему кого-то из прошлого напоминаю, возможно, первую любовь… И вот на этой благодатной почве внимание к моей персоне и расцвело… Обидно… Хотя, я же выискивала причины поведения Каза, не веря в то, что на меня можно просто так посмотреть, как на девушку. Вот они, причины. Нашлись. Не Золушка я, ни разу не Золушка, чтоб верить в принцев. Не стоило и начинать.
Так что, никаких обид.
— Марусь, — Каз догоняет меня уже у входа в гардеробную, ловит за локоть, разворачивает к себе, — подожди…
Он по прежнему лишь в полотенце на бедрах, и мне невероятно неловко и до дрожи нервно смотреть на его голую, заросшую темным волосом грудь, остро ощущать жар обнаженной кожи так близко от себя.
Он после сауны горячий, влажный, а я в купальнике… И между нами очень мало одежды и очень много физического тепла.
