0
0
— Героям тоже известен страх, — ответил Магус, печально созерцая, как черные фигуры на доске истребляют белые, неуклонно приближаясь к мату. — Просто герои отказываются ему подчиняться.
Внезапно Магус подался вперед и одним быстрым движением смахнул фигуры с доски. Они попадали на голый пол и несколько секунд корчились там, пока; наконец, не затихли. Чародей откинулся в кресле. Лицо его было спокойным и собранным.
— Хок и Фишер должны пойти в Опрокинутый Собор. Больше у нас никого не осталось.
— А как насчет квестора, Аллена Чанса?
— Хороший человек, — признал Магус. — Возможно, слишком хороший. Он чересчур много думает. В нем недостаточно от его отца. Жестокости не хватает и многовато того, ради чего стоит жить. Это может поколебать решимость мужчины. А вот Хок и Фишер всегда готовы делать необходимое, и плевать они хотели на цену и последствия.
— А если они не пойдут?
— В таком случае Синяя Луна снова наберет силу, Переходные Существа вырвутся на волю из заточения, и на земле настанет ад.
— Оставь надежду…
— Именно… Войдите!
Стук в дверь прозвучал сразу вслед за его словами. После недолгой паузы дверь отворилась, и Хок с Фишер появились в комнате. Они быстро огляделись, словно оценивая возможное поле боя, и вместе направились к Магусу. Лунный Блик придвинулась к нему чуть ближе. Чародей, не вставая, приветствовал гостей учтивым наклоном головы, супруги коротко кивнули в ответ.
— Славный трюк с дверью, — одобрил Хок. — Только это лишает Рождество всякой прелести.
— Я его не праздную, — ответил Магус. — По мне, вся эта приторная сладость несколько утомительна.
Фишер взглянула на разбросанные по полу фигурки.
— Продул, Магус?
— Я никогда не проигрываю. Это вредит имиджу. Как вам Усыпальница?
Хок и Фишер переглянулись.
— Откуда вы знаете, что мы побывали именно там? — напрягся Хок.
— Я Магус. Знать моя работа. Харальд сообщил вам что-нибудь интересное?
— А вы не в курсе? — осведомилась Фишер.
— Ну, мне же не все известно. Только представьте, как бы это было утомительно! Я не всемогущ, просто очень хорошо информирован. Я соорудил для Харальда заклинание, но какие слова он в него вложил, осталось между ним и его совестью. При условии, что таковая у него имелась.
— Он был вашим королем, — заметила Фишер. — Проявите хоть немного уважения."
"Лунный Блик поежилась от внезапной холодной ярости, прозвучавшей в голосе гостьи, но Магус только слегка наклонил голову, словно признавая ее правоту.
— Король поведал вам что-либо, что могло бы помочь установить личность убийцы?
— Харальд не ткнул пальцем ни в кого конкретно, — ответил Хок. — Меня больше заинтересовало то, чего он не сказал.
