0
0Рот представлял собой тонкую бесстрастную линию, губы были сжаты настолько плотно, что сделались едва заметны. Глаза запали, но взгляд оставался острым. Волосы давным-давно выпали, за исключением нескольких белых прядей над ушами. Хоку подумалось, что герцог необычайно напоминает грифа.
Арлик был облачен в церемониальный доспех дымчатого цвета. Его тощее, как палка, тело скрепляли многочисленные кожаные ремешки и металлические пряжки. Разваливающийся дряхлый старик был словно заключен в каркас. Ремешки и петли громко скрипели при ходьбе. Он то и дело покряхтывал, с усилием переставляя ноги. Но при всей очевидной хрупкости изношенного тела, в нем все еще пылал огонь. Надменность и решимость гнали его вперед. Герцог по-прежнему оставался опасным человеком, и все при дворе знали это.
— Дьявол, — тихо произнесла Фишер, и Хок уловил потрясение в ее голосе. — Он страшно постарел с тех пор, как я последний раз его видела! Он был таким бойцом, таким воином! А теперь — ты только посмотри на него… Время сожрало моего отца. Да, конечно, он все еще герцог. Он по-прежнему опасен, словно свернувшаяся змея. И будет смертельно опасен — до тех пор, пока не заколотят крышку его гроба. Но я больше не боюсь его. Это дряхлый старик. Не уверена, что он узнает меня.
Герцог Арлик резко остановился перед троном и гневно воззрился на королеву Фелицию. Он тяжело дышал, и руки у него дрожали, но взгляд оставался твердым. Королева пыталась властно посмотреть на него сверху вниз, но для всех было очевидно, что это ей стоит огромных усилий.
— Так, дочь, — произнес, наконец, герцог неожиданно глубоким и звучным голосом, — ты опять пила.
— Ах, отец, — отозвалась королева. — Чему мы обязаны вашим появлением? Нашли у себя в апартаментах новый повод для жалоб?
— Не умничай, Фелиция! Я посадил тебя на этот трон. Я могу и убрать, если придется.
— Вы говорите с королевой Лесной страны, — раздался спокойный голос Чанса. — Правильная форма обращения к ней — «ваше величество». Постарайтесь не забывать об этом. Мне бы очень не хотелось выволакивать вас отсюда в цепях за неуважение, проявленное к трону. Правда. Это было бы очень неприятно.
— Заткни своего пса, Фелиция, — не оборачиваясь, бросил Арлик. — До меня дошел слух, что ты подумываешь принять эти ничтожества из какой-то там Стражи вместо Руперта и Джулии. Ты не можешь этого сделать. Они не подходят для расследования убийства твоего мужа. Отошли их. А затем отправь своего верного пса обратно — за Джулией и Рупертом. Потребуй, чтобы они вернулись. Настаивай. Будь королевой, черт подери.
— Вы просто хотите убрать меня с дороги! — сердито воскликнул Чанс, но герцог и бровью не повел. Его непреклонный взгляд был прикован к дочери, которая начала нервно ерзать на своем сиденье.
