Жестокий бог

Счастлива?

Бесстрастная ухмылка заиграла на моих губах.

– Наши чувства взаимны, Асталис.

– Ой, Спенс. Значит, ты зря защищал ее бледную задницу. Она даже не хочет тебя, – поддразнила Арабелла.

Любой, у кого осталась хоть капля разума, мог бы сказать в радиусе ста миль, что она пыталась вывести меня из себя. Это само по себе меня не беспокоило. Именно слова Леноры вывели меня из себя.

Я бы никогда.

Я лучше умру.

Твою. Мать.

– Защищать? – Ухмылка изогнулась в уголке моего рта. – Я никого не защищал. Это дерьмо в стиле дрянных девчонок мне надоедает[33]. И вгоняет в скуку.

– Я… я не девчонка, – заикаясь, возразил Сорен.

Я бросил на него незаинтересованный взгляд.

– Но ты и есть киска.

– Лжецы. Вы оба. – Арабелла потянулась, как котенок, пытаясь быть сексуальной.

Сорен переводил взгляд с меня на Ленни. Они были правы. Если бы мне давали пенни за каждый раз, когда я защищал кого-то, над кем издевались в школе, я бы не смог позволить себе гребаную использованную жвачку.

Так почему же она? Ленора была единственной девчонкой в школе, которая не проявляла ко мне огромного уважения.

– О черт, чувак. Я не знал, что она твоя девушка. – Сорен прикрыл рот ладонью, его глаза заблестели.

Придурок подумал, что она моя слабость. Моя ахиллесова пята. Он думал неправильно.

– Она не моя девушка, – зевнул я.

Но Ленора была невозмутима. Она была пунцово-красной и прижимала кулаки к телу. Все в ней кричало о том, что ее застали врасплох.

– Я ненавижу его, – сказала она, теряя самообладание.

Это раздражало, но было объяснимым. Я взял ее на стажировку, манипулировал ее отцом, облил кровью всю ее ванную и бросил мусор ей под дверь. Это был только вопрос времени, когда она сорвется.

– С чего бы мне хотеть быть с кем-то вроде него? – Ленора встряхнула головой, не обращающая внимания на аудиторию вокруг нас. – Я презираю его во всех отношениях. Он – чудовище. Жестокий подонок. Неудачник.

Чудовище.

Жестокий подонок.

Неудачник.

Я сглотнул, но усмехнулся, склонив голову набок и глядя на Арабеллу.

Видишь? Моя невеселая улыбка сказала: Здесь нет места для несчастной любви.

– Хм. Все еще не убедили. Докажи это. – Арабелла выпятила одно бедро, подталкивая свою грудь в мою сторону, хотя мы стояли в нескольких футах друг от друга.

– Ты ведешь себя так, будто мне плевать, что думают люди. Это очень неприлично для того, кто не является полным идиотом. Ты знаешь, что означает слово неприлично, верно, Арабелла? И идиот? Уверен, тебе тоже оно знакомо.

Арабелла покраснела под пятью слоями макияжа и неуверенности в себе, но не сломалась. Она умела притворяться – в отличие от Леноры, которая была слишком естественной.

– Почему бы мне не пососать твой член перед готическим близнецом Эммы Уотсон? Давайте проверим, появились ли у тебя чувства.