Жест Лицедея (СИ)

Пролетав над круглым столом, свернул в спальню, попутно включая свет. Между книжным шкафом и трюмо увидел портрет статного мужчины в синем мундире, с саблей, свисавшей с широкого ремня. Разумовский Петр Михайлович… Я и раньше видел портреты «отца». Если честно, у сусла с отцом имелось сходство: цвет и форма глаз, сам овал лица и отчасти линия губ. Но при всем этом Петр Михайлович без сомнений приятный и даже красивый мужчина. Отчего так природа пошутила над его сыном?

Внизу картины белой краской было выведено очень тонко:

«Люблю тебя. Прости за все. Твоя Ирина».

И покинул этот мир он в рассвете сил. Говорят, не без помощи Троцких. Вроде как это случилось в Москве, Ирина в тот день уезжала в Коломенское. Печальная история.

Я пролетел дальше, разглядывая книжный шкаф, читая названия на корешках книг. Скорее всего на полках преобладали приключенческие и любовные романы. Так я рассудил по названиям: «Рыцари короля Олафа», «Цветок его сердца», «Счастливые дни госпожи Фоминой», «Пираты северных морей» и прочее, прочее. И ни одного известного автора из мира Айфонов. Только граф Лев Толстой с тертой книжонкой «Грезы тульских вампиров».

Интересно, что у Ирины под подушкой. Тоже книга, как у Наташи? Подушки оказались слишком тяжелы для меня. Но кое-что интересное я обнаружил: нефритовый стержень с округлым концом. Уж не деликатная ли это штучка для ночных игр одиноких дам? Ох, «мама»… Я тебя понимаю. В твои цветущие годы. Годы, когда женщина всецело раскрывается и полна страсти, потерять мужа — это тяжело. Убрав деликатную штучку назад, я повернулся, оглядывая простенок напротив: картина с морским пейзажем, часы, и что-то похожее на барометр или компас. Стоп!

Компас! Твою мать! Охренеть! Я дебил, да?! Ведь сусла можно отыскать через заготовку «Компас»! Не, ну надо быть таким идиотом?! Как же права Наташа!

Я активировал «Компас». Представил тщедушное тело с оттопыренными ушами. Вот это далось мне настолько легко, что казалось, могу его даже пощупать. Направление примерно на запад. И он точно где-то очень близко. Уж не в моей ли комнате?

Я полетел. Если бы у меня имелось сердце, то оно наверняка выдавало бы двести ударов в минуту. Пролетел по коридору, чтобы миновать стены — не люблю через них. Точно! Он в моей комнате! И что-то странное там… Я насторожился. Толи стоны, толи чье-то повизгивание.

Я прошел сквозь дверь и…

Охренел! То, что я увидел дальше, сразу не помещалось в мои мозги. Да, их не было. В общем не помещалось туда, чем я думал! От представшего передо мной натюрморта, я просто заорал благим матом!

Сусел, спустив брюки, трахал мою Леночку! Трахал нагло, поставив ее раком у края кровати! Госпожа Вяземская нервно вздрагивала всем телом и вскрикивала от каждого его толчка.