3
0Но что-то не так… дышать тяжело… словно в воздушном шарике дырка. Ты надуваешь, надуваешь… а все без толку. Так и я вдыхаю… вдыхаю… и задыхаюсь!
— Демид Альбертович!
— Скорую, — двигаю губами.
— Демид! — подлетает ко мне Злата, падая на колени рядом.
Разбитые до крови губы дрожат. Трогательная девочка… Опять напугали до полусмерти.
Она нервно стирает пальцами со своего лица кровь и нерешительность тянется ими к моей груди. Её кровь… моя кровь…
— Нет! — рявкаю испуганно. Злата отдергивает пальцы.
— Демид?… — растерянно ищет мой взгляд, наклоняясь над моим лицом. Ощущая, как все немеет, я как будто куда-то плыву на волнах. Пульсирует всё…
Одежда на мне слишком быстро намокает. У меня пара минут, может…
Как страшно отключиться! Ощущение, что этот мир рухнет, если я посмею закрыть глаза. И даже страшно представить, что станет с ней, когда я перестану контролировать эту ситуацию.
Рыча на себя от злости, что совершенно не могу бороться с тем, что сознание моё утекает, я очень быстро принимаю. Единственно верное решение! Потому что сейчас я покину эту реальность, а когда вернусь я не знаю. И вернусь ли вообще?..
Пробки в Москве. Успеют ли? Поэтому — пусть будет так, а потом я это разрулю.
— Злата…
Её медальон, выпавший из разреза касается моего плеча. Я сгребаю его в окровавленный кулак и, тратя последние силы, срываюсь с ее шеи, вместе с цепочкой. Это моё.
Вздрогнув, беспомощно прижимает ладонь к шее, пачкая ее кровью.
— Слушай… сейчас подпишите все… брачный договор… прямо сейчас… пусть вас зарегистрируют с Родионом… Ты выходишь за Родиона! Сегодня. Поняла?
— Демид! — жалобно.
— Убери руки! — рявкаю я на ее очередную попытку прикоснуться к ране.
В крови мля всё! Страшно…
— Сделаешь, как сказал. Уходи!
Уберите её от меня ради бога. Здесь всё в моей крови! Страшный сон какой-то…
— Нет! — всхлипывает она. — Скорая сейчас…
Нельзя, чтобы она скорую со мной дождалась, я должен им сказать про ВИЧ. Чтобы они были аккуратны. При ней — не хочу!! Не могу!
— Уходи.
Ласково прикасаясь к моему лицу пальцами, наклоняется, пытаясь притронуться своими губами к моим.
Разбитыми, окровавленными губами.
Аааа!!!
Рывком отворачиваю лицо, сжимая губы.
— Убирайся, сказал!.. Макс!! — мучительно кричу я. — Уведи их.
Подхватывая трясущуюся, плачущую Злату, мой охранник оттаскивает её от меня.
Слышу сирену скорой. Надеюсь это ко мне. Не отключаться! Нельзя отключаться! Я еще не всё сделал…
Набираю на телефоне отца, уже ничего не чувствующими пальцами. Не берет трубку! Брата набираю. Еще минуту мне дайте! — бросаю слепнущий взгляд на темное небо.
Уже почти не соображая, объясняю брату, что нужно сегодня… сразу… прямо сейчас… не дожидаясь еще одного захода Дагиева.
