Железное пламя

Наклонился и прошептал, замерев всего в нескольких дюймах от ее лица:

– Сегодня мы хотим крови, не так ли, Вайоленс?

Ярость засветилась в этих завораживающих глазах, когда я бросил на мат и пинком отправил в сторону и этот клинок. Сорренгейл слишком легко обезвредить, чего она сама даже не понимает, – и это ее погубит. И почему, блядь, она не использовала оружие, подходящее для ее типа фигуры и стиля боя? Хотя… Не то чтобы у нее вообще был хоть какой-то боевой стиль.

– Меня зовут Вайолет, – огрызнулась Сорренгейл, и мне показалось, что она сейчас зашипит на меня, как кошка.

Вот кого она мне напоминала, именно кошку – плавные линии, мягкая шкурка и выпущенные когти. Лишь пульс, трепещущий под моими пальцами, выдавал ее страх.

Вайолет – слишком мягкое имя для нее. Слишком хрупкое. Я прекрасно знал, что говорят о ее костях и суставах, но, судя по тому, что я успел увидеть и понять, внутри у этой девушки стальной стержень.

– Думаю, моя версия подходит тебе больше. – Я отпустил ее запястье, выпрямился и протянул ей руку, надеясь, что она слишком умна, чтобы за нее взяться. – Мы еще не закончили.

Но тут ее пальцы коснулись моей ладони.

Охренеть, как же она наивна. Я поднял ее на ноги, затем развернул к себе спиной, прежде чем она успела сориентироваться, рванул ее руку назад и зажал между нашими телами, притянув Сорренгейл к своей груди. Да уж. В таком месте, как зал поединков в Басгиате, нельзя быть такой наивной.

– Проклятье! – выплюнула она.

Я выхватил один из неприлично больших кинжалов из ножен на бедре Вайолет и прижал лезвие к нежной коже ее горла. Голова Сорренгейл откинулась назад, к моей груди, и я совсем близко увидел серебристые концы ее уложенных в «корону» кос. Вайолет едва доставала мне до ключиц, поэтому я наклонил голову, чтобы остальные не услышали, и, о боги, она пахла охерительно приятно, как…

Стоп. Не думай о том, как она пахнет, придурок.

– Не доверяй ни одному человеку, который стоит перед тобой на этом ковре, – тихо отчеканил я прямо ей в ухо, стараясь не касаться его губами.

Интересно, с каких это пор я начал задумываться о том, чтобы прикасаться к противнику не клинком, а ртом?

– Даже тому, кто должен мне услугу? – ответила она так же тихо.

В моей груди вспыхнуло тепло от благодарности за ее благоразумие, за то, что она быстро сообразила: этот урок не для всеобщего обозрения. Я бросил кинжал и отшвырнул его ногой к Аэтосу, как и два предыдущих, не обращая внимания на тень угрозы в суровом взгляде командира отряда.

– Это я решаю, когда оказать эту услугу. Не ты. – Я отпустил ее, чтобы не вывихнуть плечо, и сделал шаг назад.