Железное пламя

От этого вида у меня что-то расслабилось в груди. Никто бы не поверил, что страшный и грозный Ксейден Риорсон может кому-то завязывать шнурки.

– Я думал, ты ее убьешь, – сказал он тихо. Ну да. Опять Кэт.

– Почти убила. – Повинуясь его жесту, я опустила обутую ногу и подняла вторую. – Ты бы это не простил?

Он закончил со шнурками и медленно опустил руки.

– Я прощу все, что ты сделаешь. – Отступив, он снова оперся на стол. – И мне не особенно важно, будет ли жить Кэт, но и смерти ее я не порадуюсь. Она необходимый, хоть и непредсказуемый союзник, а Сирена стала бы смертельным врагом. Но меня волнует, что ты сама бы пожалела о ее убийстве.

И ведь гнев затопил меня с головой, я утонула в нем настолько, что убила бы, если бы не появился он.

– Как ты вообще мог любить такую?

– Я и не любил. – Он пожал плечами. – Ты первая и единственная, кого я любил.

– Ты просто обручился с ней на… – я замолчала. – Я даже не знаю, сколько вы были обручены."

"Я чувствовала себя… дурой.

– Я бы сказал, если бы ты спросила. В том-то и беда, Вайолет, – ты не спрашиваешь.

– Ты же тоже не спрашиваешь меня о бывших. – Я скрестила ноги.

– Потому что и знать о них не хочу – и, подозреваю, по этой же причине ты не спрашиваешь о том, что тебя правда волнует. Но давай об этом забудем, как обычно. Пока что вроде работало.

Ксейден не пожалел сарказма.

Я отвернулась, потому что, проклятье, он был прав. Мне казалось, что избегать потенциально катастрофических вопросов – например, почему он не рассказывал мне о сделке с матерью, – разумно, если была возможность потерять его навсегда из-за неправильного ответа.

Ксейден шагнул ближе:

– Мы с Кэт были не обручены, а помолвлены – и да, для меня это большая разница.

– И кто теперь спорит из-за семантики? Тем более из-за женщины, которая только что исковеркала все мои чувства и превратила меня в бездну ярости.

И я почувствовала, как эта бездна… она возвращается.

– До этого мы еще дойдем. Пункт о помолвке в договоре об альянсе вошел в силу, когда Кэт исполнилось двадцать. – Стол скрипнул, когда он сел на него. – Мы попробовали быть вместе… и пробыли три четверти года, но оказались несовместимы – а еще стало известно, что Текарус все равно не собирался расставаться со светочем. Он хотел, чтобы мы пользовались им у него. Я разорвал помолвку, чем, насколько ты знаешь, вызвал некоторые проблемы.

«Несовместимы?»

В этот раз я не могла винить в коварном уколе ревности Кэт. Горящее ощущение где-то внизу живота принадлежало целиком мне.

– О вашей половой жизни она говорила не так.

– Необязательно кого-то любить, чтобы трахаться. – Он пожал плечами. У меня отпала челюсть, учитывая, чем мы сейчас занимались.