2
0
Тэйрн низко присел, затем скакнул в небо. Земля удалялась с каждым могучим ударом его крыльев, и я глупо задержала дыхание, когда мы пронеслись над спящей Аретией, словно звук моего вдоха мог разбудить друзей.
Рианнон единственная знала, что мы улетели, и она прикроет нас, как сможет. Но хоть я не самый важный человек в Аретии, кто-нибудь обязательно заметит исчезновение Бреннана.
Мои щеки потеряли чувствительность раньше, чем мы покинули небо над Аретией, а ноги – когда мы достигли утесов Дралора спустя пару часов. Полет любой длительности под конец осени – не для слабонервных."
"Тэйрн летел, подлаживаясь под скорость Тейна и Мабх все утро, и вскоре мы увидели к югу второй по населению город Кровлы, Дрейтус, и продолжили путь во тьму, что царила впереди. Чем ниже мы спускались и чем выше забиралось солнце, тем быстрее в конечности возвращалась чувствительность.
«Спи, Серебристая. Не на меня же хочет подивиться Текарус, как на какого-то зверька».
Я последовала его совету и постаралась набраться сил, но измочаленные нервы не давали усидеть в седле спокойно, когда мы летели над землей, которую я раньше видела только на картинах. Во второй половине дня янтарные поля, готовые к жатве, сменились бледными пляжами и сине-зеленым морем.
Чем ближе мы подлетали, тем туже стягивалась тревога в моей груди. Это либо моя лучшая идея… либо худшая. Ко времени появления трех грифонов, летящих прямо на нас в стандартном боевом клине, я уже решила, что мы явно забрели вглубь территории «худшая идея».
Если они меньше нас, это еще не значило, что они не могли нанести Тэйрну немалый ущерб своими когтями.
«Все в порядке. Они сопроводят нас в Кордин», – сказал мне Тэйрн, но что-то в его голосе мне подсказывало: он не рад ни встречающим, ни скорости, которую ему приходится принять из-за них. Грифоны разошлись, окружив нас.
«Видишь это жалкое подобие крепости на восточной стороне самого дальнего пика?» – спросил он, пока мы следовали линии пляжа. Я никогда не видела воду такого цвета – словно та не могла определиться, бирюзовая она или голубая.
«Имеешь в виду дворец, который как будто сияет?»
Строение было блестящим сочетанием белых колонн и синих бассейнов, ниспадающим пятью террасами по пологому склону холма над пляжем.
«Это просто солнце отражается от белого мрамора, – прорычал он. – Совершенно нелепая и беззащитная позиция».
Но как же это было… красиво. Какая роскошь – построить с таким размахом что-то только ради красоты. Ни высоких стен, ни подъемных мостов. Тэйрн был прав. Совершенно беззащитный дворец, который падет, если вэйнители решат его взять, но мое сердце сжалось от мысли, что я никогда не проживу в мире достаточно, чтобы поселиться рядом с таким местом.
