Жена лучшего друга

Я видела это по тому, как напряжены мышцы на его руках и шее, как ходят желваки на его лице, как он прерывисто дышит.

— Прости, — тихо выдавливаю из себя извинения. Наверняка, он чувствует себя насильником, поэтому и нервничает.

— Да, бля, — он открывает дверь, выходит наружу, а я всё также сижу в машине, пытаясь успокоиться."

"Слышу, как дверь открывается и с моей стороны, и он бросает короткое:

— Выходи.

Ну, вот и покатались. Медленно вылезаю из машины, намереваясь идти в сторону дома, но Артур меня останавливает. Нежно берёт за руку и тянет к себе, слегка прижимает к машине и снова обнимает за талию, зарываясь лицом мне в шею.

— Почему ты не сказала? — тихо шепчет на ухо.

— Что? — прекрасно знаю, о чём он, но упорно делаю вид, что не понимаю его.

— О том, что ты неловко чувствуешь себя в машине.

— Это не так.

Он отрывается от меня и смотрит тяжёлым, долгим взглядом в мои глаза. Пытается отыскать ответы? Их там нет. У меня нет ответов ни на один из вопросов, которые, я уверена, он хочет задать.

— Тебя насиловали? — а вот это что-то новое.

Обычно мне задают другого рода вопросы или вовсе соболезнуют и спешат ретироваться. Даже Лёша не знает о моей фобии. Догадывается, но думает, что это, скорее, из-за страха садиться в машину с незнакомцем. Отчасти так оно и есть, но тот, кто сделал это со мной, не был чужим. Я не боюсь машин и людей, но подобные моменты обычно накатывают внезапно. Я их не контролирую, поэтому пытаюсь лишний раз не провоцировать их появление.

— Да, — коротко отвечаю. Могла бы соврать, но он ведь не дурак. Вряд ли каждая встречная ТАК ведёт себя в его машине.

— Лёша?

— Что? — не сразу доходит, почему он приплетает Лёшу, а когда понимаю… — Нееетт! Он… это было до него, и… я бы не хотела… ты можешь ему не говорить?

Кажется, я смогла его удивить.

— Ты не рассказала мужу об изнасиловании, но поделилась этим с тем, кого видишь в первый раз?

— Ты видел моё поведение. Был смысл врать? — дерзко вскидываю голову, смотря в его чёрные глаза. Кажется, они потемнели ещё больше.

Он всё так же напряжён, а я натянута как струна. После такого я ещё долго прихожу в себя, успокаиваюсь, стараюсь не нервничать.

— Прости, что… втянула в… это.

— За что ты извиняешься? — искренне недоумевает он.

— За то, что тебе нужно теперь хранить мой секрет, — это же очевидно.

Артур смотрит на меня несколько мгновений, а потом смеется. Его смех… Пожалуй, это лучшее, что я слышала за сегодняшний вечер.

* * *Смеюсь и не могу остановиться.