Замужем с утра

Старшая издам, вероятно, графиня Рамзи, обладала ничем не примечательной наружностью. Чуть полноватая, не красавица, но и не дурнушка, она не привлекала к себе внимания. Зато молодая женщина, мисс Ванесса Дарвин, была ослепительно красива: высокая, с точеной фигурой и полной грудью, соблазнительно выставленной напоказ в вырезе сине-зеленого платья с отделкой из павлиньих перьев. Ее черные как смоль волосы были уложены в изящную прическу — сверкающую массу локонов, искусно сколотых шпильками. Взгляд Лео задержался на ее маленьком пухлом рте цвета спелой сливы и томных карих глазах с густыми ресницами.

"Ванесса Дарвин буквально излучала уверенность в собственной неотразимости. Лео никогда не считал это недостатком в женщине, но при виде мисс Дарвин он почувствовал легкое замешательство. Возможно, из-за выражения ее глаз. Девица смотрела на него так, будто ожидала, что он вот-вот упадет к ее ногам и начнет пыхтеть, как мопс, страдающий одышкой.

Лео подошел к дамам, держа под руку Амелию. Последовал обычный в подобных случаях обмен приветствиями, Лео учтиво поклонился:

— Добро пожаловать в Рамзи-Хаус, миледи.

Графиня радостно просияла.

— Надеюсь, наше неожиданное появление не доставило вам неудобства, милорд. Узнав от лорда и леди Алстер, что вы даете бал, впервые после того как был восстановлен Рамзи-Хаус, мы посчитали, что вы наверняка не станете возражать против визита вашей ближайшей родни.

— Родни? — недоуменно переспросила Амелия. Родство между Хатауэями и Дарвинами было столь отдаленным, что едва ли стоило о нем упоминать.

Графиня Рамзи продолжала улыбаться.

— Мы ведь родственники, не так ли? Когда мой бедный супруг, да упокоит Господь его душу, перешел в лучший мир, мы нашли утешение в известии о том, что управление поместьем перейдет в ваши опытные руки.

Уловив оскорбительный намек на то, что в жилах Кэма и Меррипена течет цыганская кровь, Амелия гневно нахмурилась:

— Послушайте, что…

— Как приятно, что можно наконец встретиться и побеседовать без вмешательства стряпчих, — перебил ее Лео, желая предотвратить скандал.

— Полностью согласна с вами, милорд, — отозвалась графиня Рамзи. — Законники ужасно запутали наше дело с наследством, верно? Но мы всего лишь слабые женщины, и многое из того, о чем они толкуют, выше нашего понимания. Правда, Ванесса?

— Да, мама, — последовал сдержанный ответ.

Пухлые щеки графини Рамзи расплылись в улыбке. Взгляд ее скользнул по лицам новоявленных «родственников».

— Нет ничего важнее кровных уз, родственной привязанности к близким.