Замужем с утра

Он завладел губами Кэтрин с яростной, необузданной страстью. Девушка изогнулась дугой в его руках, и его охватила дикая, пьянящая радость. Плоть его пылала огнем, он умирал от желания немедленно овладеть Кэтрин. Он целовал ее, уже не сдерживая бушевавшего в нем безумия. Жадно, неистово, исступленно.

Понимая, что вот-вот потеряет остатки контроля над собой, Лео прервал поцелуй и крепко прижал Кэтрин к груди.

«Еще один вопрос», — мрачно сказал он себе, пытаясь разогнать туман в голове и придумать хоть что-то.

Голос его охрип, словно горло опалило огнем.

— Сколько животных каждого вида взял Моисей в ковчег?

— По два.

— Увы, ни одного. — Лео покачал головой. — Ковчег строил Ной, а не Моисей. — Но игра больше не казалась ему забавной, а Кэтрин, похоже, уже не стремилась выиграть спор. Они стояли, тесно прижавшись друг к другу. Одна длинная тень, отбрасываемая их сомкнутыми телами, тянулась вдоль садовой дорожки. — Будем считать это влечением, — пробормотал Лео.

Кэтрин сокрушенно покачала головой.

— Да, вы правы, — чуть слышно прошептала она. — Я не в состоянии ясно мыслить."

"Они не спешили разомкнуть объятия.

Кэтрин прильнула к Лео, чувствуя, как бешено колотится его сердце. Скованные странным оцепенением, они мучительно раздумывали над невысказанным вопросом, на который невозможно получить ответ.

Прерывисто вздохнув, Лео разжал руки и отпустил Кэтрин. Ткань его брюк натянулась, врезаясь в восставшую плоть, по лицу пробежала болезненная гримаса. К счастью, длинные полы сюртука помогали скрыть конфуз. Достав из кармана очки Кэтрин, Лео осторожно водрузил их ей на нос.

Он молча предложил девушке руку — в знак перемирия, и Кэтрин оперлась на нее.

— Так что означают слова «мать вашу»? — смущенно спросила она, идя рядом с Лео по садовой дорожке.

— Если я скажу, у вас могут появиться предосудительные мысли. А я знаю, как люто вы ненавидите непристойности.

Большую часть следующего дня Лео провел у реки в западной части поместья, выбирая место для водяного колеса и размечая территорию. Предполагалось установить колесо приблизительно в шестнадцать футов диаметром, снабженное ковшами, из которых вода будет выливаться в чан, а оттуда растекаться по множеству деревянных желобов.

По замыслу Лео, система должна была орошать около ста пятидесяти акров земли, то есть десять крупных арендованных ферм.

Обсудив свои планы с арендаторами и рабочими, вбивавшими в землю деревянные столбы, Лео перешел вброд холодную мутную реку и поскакал назад, в Рамзи-Хаус. Темно-желтое солнце клонилось к закату, заливая золотистым вечерним светом неподвижные луга. Царило безветрие. Лео устал, его одежда пропиталась потом, вдобавок ему приходилось то и дело отбиваться от назойливых слепней.