Закон монолита

Мне нужно было срочно перевязать запястья – кожа в нескольких местах была повреждена путами и кровила."

"На полках шкафчика лежало много чего, в том числе пара консервов и аптечка. И то, и то пригодилось. Случись на кухне зритель, картину бы он увидел потрясающую: стоит себе тип в плаще посреди развешенных на крюках человеческих останков, перевязывает себе руки и одновременно цепляет вилкой из банки куски тушенки. И, заметьте, жрет. Обычный нормальный человек с Большой земли от окружающего натюрморта и соответствующих запахов блевал бы дальше, чем видел. А этот хавает аж за ушами трещит, и хоть бы хны ему. Не иначе мутант, подумал бы тот зритель. И, по ходу, не особо ошибся бы.

Покончив с трапезой и перевязкой, я напился из-под крана воды с привкусом ржавчины, после чего направился к автомату мутанта, висевшему на стене.

АК Охтыжа был таким же грязным, как и его кухня. И таким же функциональным. То есть, почистить бы его как следует, но и без этого стрелять можно. Автомат Калашникова вообще аппарат в этом смысле уникальный. Там где, скажем, американская М-16 уйдет в глухой отказ, наш «калаш» будет работать не смотря ни на что. Такое вот оружие с истинно русским характером.

Увы, но чистить оружие все равно времени не было. По моим соображениям, с минуты на минуту в кухню должны были ввалиться гетман и те, кто был вместе с ним. Если гарнизон крепости наверняка уже поужинал, то мои конвоиры жрать хотели сто процентов. Но в нормальном подразделении, находящемся в зоне боевых действий, сначала чистят стволы, потом приводят в порядок себя, и лишь после этого отправляются на заправку желудков. А «Воля» была вполне себе боеспособной и дисциплинированной группировкой, что бы там про нее не говорили. Иначе б «вольные» просто не выжили в Зоне и не выстояли в состоянии крайне натянутых отношений с грозными «боргами».

Поэтому я проверил лишь наличие патронов в магазине, после чего направился к тому, что осталось от Охтыжа. Вернее, к скелету мутанта, одежде, в которую он был завернут, и вонючей жиже под всем этим безобразием. Но мне нужен был ключ от кухни, поэтому хочешь не хочешь, а пришлось ворошить эту неаппетитную кучу.

В результате ворошения я получил руки, измазанные в разложившейся плоти, вожделенный ключ, а также один из метательных ножей, изъятых у меня при обыске – остальные, видимо, распределили между собой конвоиры. Хороший нож, качественный. Только вонючий. Но на фоне моих точно так же пахнущих рук и фиг бы с ним.

Руки и нож я ополоснул под краном с ржавой водой. Пакость смыл, а запах остался. Видимо, не скоро выветрится, ибо очень качественно разложил яд Рудика вражью плоть. Ну и ладно. Любой сталкер привычен что к вони, что к грязи, что к крови и боли – как к чужой, так и к своей.