3
0И чем ближе к центру мы продвигались, тем больше были сады, больше было припорошенных снегом клумб и шире и длиннее аллея к дому.
— Вот, рава Лейна, нам сюда.
Это был большой и богатый дом. Три этажа, во всех окнах стекла, на крыше пускал дымок чуть не десяток труб! Дрова — дорого, значит хозяева очень богаты.
— Что ты, рава Лейна! Нам в обход!
— Я думала, мы идем в этот дом?
— В этот, но не к парадному крыльцу! С другой стороны должен быть ход для прислуги.
Однако! Как-то вот не привыкла я себя прислугой ощущать. Ладно, в конце концов не так и важно, в какую дверь зайти…
Стучать пришлось долго. Эта дверь находилась рядом с кухней и в шуме-гаме наш стук расслышали не сразу.
Рава Нув поговорил с пожилой служанкой в сером платье и сером же переднике, она покосилась на меня, но сказала:
— Тут пока посидите. У равы Корса сейчас урок идет. Закончит заниматься с господином — я передам, что его ждут.
Тут — это было возле дверей кухни. Стояла скамейка, на которой в больших горшках с ручками хранилось что-то вроде помоев.
Садиться я побрезговала — слишком заляпана сальными потеками была скамейка. Да и запах стоял не цветочный…
Ждать пришлось долго, по моим ощущениям — больше часа. Коридор в разные концы здания, лестница на верхние этажи, явно не для господ, серые каменные стены, сохранившие только часть побелки…
Мужчина, который спустился к нам по узкой грязноватой лестнице был одет не слишком дорого. Примерно, как купец средней руки. Худощавый, субтильный, но какой-то обрюзглый одновременно. Держался надменно и пренебрежительно, на мое приветствие даже не кивнул, разговаривал только с равой Нувом, но подработать не отказался.
— Завтра у меня свободный день, и я приду. Но деньги вперед.
— Деньги, рава Корс, получите, как на браду поднимитесь. Половину. Другую половину — как запишете все, что нам потребуется. Ежели не нравятся вам условия, почтенный, то мы другого найдем.
Рава Корс поморщился, потом сказал:
— Хорошо, я приду утром, но позаботьтесь о приличном обеде.
Я видела, что рава Нув уже злится. Я его понимала. Какой бы спокойный и уравновешенный человек он не был, но, когда равный по социальному статусу ведет себя как большой барин — это раздражает.
Ночевать мужчины всем коллективом отправились в трактир, на борту брады остались я и рава Нув. Кто-то должен сторожить, а мне спокойнее было рядом с ним. Даже то, что я спала в одежде под двумя одеялами не спасало от холода и сырости. Проснулась я раздраженная и, кажется, простывшая. Во всяком случае горло болело.
Шанга, который в отсутствии равы Нува оставался за старшего, принес нам из трактира завернутый в полотенце, а сверху еще и в одеяло, кувшин горячего напитка. Что-то вроде глинтвейна, с небольшим количеством алкоголя и ярким фруктовым вкусом.
