Выбор варианта

Корабль попал в шторм, нас носило несколько дней, так что где моя страна — я даже не могу ответить…

Наконец определил цену:

— За вот эти монеты — по серебряному. За эти — по серебряному с половиной. Больше не дам!"

"Я вопросительно посмотрела на Гарлу. Она слегка пожала плечами, а потом отрицательно покачала головой. И я не стала упрямится. Уж она местные реалии точно лучше меня знает.

В общей сложности я разбогатела на двенадцать серебрушек и двадцать медяков. Мешочек получился увесистый.

Глава 16

— Гарла, а к ювелиру к какому пойдем?

— Ой, рава Лейна, к мастеру Шаршу боязно идти!

— Почему?

— Он лучший на весь город, уж на что я женщина бедная, а его имя даже и я знаю! Он, сказывают, для тиргуса всякое делает и для его ближних.

— Значит, точно пойдем к нему.

Я знала, что выгляжу сейчас как простая селянка, у меня мозолистые руки и платье из холстины. Моими шлепанцами на земле даже бомж бы побрезговал. Но, и это самое главное — у меня необычный акцент, я грамотная и умею считать-читать-писать. Если меня не устроит цена — я смогу отказаться. Но обмануть меня он не сможет.

— Гарла, сколько могут стоить такие сережки, из монеток, если продавать?

— Ну, наши то так и стоят — сережка, как монета. А вот твои — больно красивые, работа тонкая, у нас так и не делают. Думаю, тинга по три-четыре можно за каждую взять.

— Вот пошли и посмотрим, так ли это! Ты только дорогу спроси.

Дорогу нам показали быстро, очевидно, в городе мастера знали.

Лавочка была с толстенной деревянной дверью, но со стеклянными окнами. В распахнутых настежь створках стоял здоровый молодой мужик, в кожаной жилетке поверх белой рубахи и с двумя ножами на поясе. Стоял он как-то так, что было не слишком понятно, можно ли войти.

— День добрый, уважаемый. Это ли лавка мастера Шарша?

Мужчина с сомнением глянул на нас, но посторонился и даже коротко поклонился. Очевидно, это охранник и он не в праве сам решать, кого впускать, а кого нет.

Внутри после солнечного дня мне показалось слишком сумрачно, я даже не сразу увидела в лавке живого человека. Никаких застекленных витрин, никаких образцов на продажу. Это помещение, скорее, напоминало мастерскую. Стол, стоящий вплотную к окну, был завален различными инструментами. Часть из них лежала в строгом порядке, а часть, очевидна та, которой работал мастер, была разложена без всякой видимой системы.

Рава Шарш оказался достаточно молодым мужчиной. Чуть полноватым и круглолицым, белокожим, с нежным акварельным румянцем. Такое простодушное лицо вполне бы подошло пекарю, если бы не слишком внимательный взгляд. Ощущение было, как от сканера, которым считывают штрих-код. Взгляд прошелся по мне сверху вниз и еще раз, снизу до лица. Уж не знаю, что он там увидел, но обратился он не к Гарле, старшей по возрасту, а ко мне.