4
0– Пусть Искандер купит Амине билет и даст денег на первое время. Нам с Олеськой ничего не надо. Постараемся помочь. Ты проходи, - кивает мне она. – А ты, Латифа, не маячь. Не привлекай внимание к нашим скромным персонам. Тетка кивает и, чмокнув меня в щеку, уходит.
- Мы с бабушкой еще придем, - говорит напоследок.
- Проходи, девочка, - ласково улыбается мне женщина. – Меня зовут Софья Петровна Кузнецова, а это Олеся - моя дочка. Мы приезжаем к Искандеру и Латифе много лет подряд. Привозим группы. Здесь проводим занятия йогой.
- Да, я видела вас, - шепчу, превозмогая боль. – Для ваших занятий дядя Искандер специально шатер построил.
- Боже, - неожиданно вскрикивает Софья, - я знаю, кто ты! Та самая девчонка в платке, которая подглядывала за нами.
- Ничего я не подглядывала, - огрызаюсь спонтанно. – Просто смотрела, - говорю, вспоминая, как на дощатом помосте невдалеке от моря застыли в разных позах девушки в купальниках. – Подождите, - охаю, осененная догадкой. – Лариса Петровна Кузнецова кем вам приходится? Сестрой?
- Нет, милая, - улыбается мне Софья и, взяв за плечи, подводит к дивану. – Однофамилица. У нас с Олеськой такой родни нет. Слишком распространенная фамилия. Тяжело с такой отыскать человека.
30
- Ложись, еле на ногах держишься, - велит мне Софья. Стелет на диване чистую простыню, кладет подушку и покрывало. – Тебе сейчас геройствовать категорически запрещается. Это я тебе как бывший врач говорю.
- Почему бывший? - мямлю я, осторожно опускаясь на диванчик. Оглядываю номер из двух комнат. Это люкс. Самые шикарные апартаменты в дядиной гостинице. Просторная гостиная, спальня и кухонька. Люкс рассчитан на шестерых. Никогда бы не подумала, что тут можно поселиться вдвоем. Да и сама Софья мало походит на женщину в возрасте. Сколько ей - сорок или двадцать пять? Не разобрать. Но если Олеся – примерно моя ровесница – значит, матери должно быть около сорока. Нур по сравнению с ней старая бабка. Да что там Нур? Латифа выглядит старушкой, хотя в нашей семье считается первой европейкой.
В нашей семье… Сцепив зубы, стараюсь не разреветься.
«Нет у тебя никакой семьи, - резко бросаю самой себе. – Ты одна. Во всем белом свете одна. Привыкай, Амина. Денег у тебя тоже нет. Вот и подумай, как сможешь их заработать!»
Закрыв глаза, лихорадочно перебираю в голове, что я могу делать. И не нахожу ответа.
«Главное, отсюда выбраться, а там решишь», - думаю, стараясь свыкнуться с невеселыми мыслями.
Слышу, как Софья с Олесей о чем-то переговариваются. Открываю глаза и сразу натыкаюсь на веселый взгляд Софьи.
- Билет до Москвы мы тебе купили, Амина, - говорит она быстро и добавляет задумчиво. – Ты знакома с матерью? Вы хорошо общаетесь?
- С мамой? – глупо переспрашиваю я. Давным-давно привыкла называть матерью Нур.
