Восточная сказка

В любом случае, - отец снова переводит взгляд на нас с Германом. - Я прошу прощения за вторжение. Мы потом с сыновьями приедем еще раз. Привезем подарки для маленькой Анастейши и ее родителей.

- Мы так не договаривались, Мурат! Мне нужна Амина! – орет мой бывший жених. И ослепленный яростью  бросается к Герману. Но, не успев сделать и шагу, кулем валится на пол. Рычит, пытаясь освободить щиколотку из пасти Фродо. И в этот момент мне сложно понять, кто больше зверь? Одно знаю точно, наш пес никогда не нападет без серьезных оснований. А вот Айрат…

- Убери собаку. Отдай мне мою невесту! - сипит он, корчась от боли.

- Алина – моя жена, - рыкает Герман и нехотя просит собаку. – Фродо, отпусти этого несчастного. И когда Айрат, поднявшись на ноги, ковыляет к выходу, резко преграждает путь. – Запомни, урод. Еще раз только подойди к моей жене, я из тебя чучело сделаю… В свиную кожу заверну и домой в ящике отправлю. Понял?

Айрат цепенеет лишь на мгновение. Зрачки сужаются от клокочущего гнева, и по напряженной фигуре я понимаю, что драки не избежать. Где охрана? Где Портос? Все еще обжимается с Дарьей?

Но ничего не происходит. Только игра в гляделки. Айрат смотрит на Германа, испепеляя. А муж спокойно давит взглядом, заставляя противника принять поражение. Первым отводит глаза Айрат.

- Уезжайте, - тихо, но властно велит Герман.

- Пойдем, - отец берет под руку Айрата, желая помочь. Но тот, вырвавшись, сам ковыляет к выходу.

- Я этого так не оставлю, - шипит напоследок.

- Проваливай, - будто сплевывает Герман, крепко держа меня за руку. И добавляет чуть мягче. – Вас я тоже не задерживаю…

- Герман, - осторожно замечает отец. – Мне бы хотелось видеться с Анастейшей. У меня больше нет внуков. И будут ли, неизвестно…

- Это решать не мне, - пожимает плечами Лиманский. – Простила ли вас Алина? Допустит ли ваше общение с ребенком. Я не знаю. Но в любом случае, нельзя просто так прийти в дом когда-то отвергнутой дочери и общаться, как будто ничего не случилось.

- О чем речь? – не понимая, вскидывается отец. – Мы одна семья, и Амина обязана…

Чувствую, как напрягается муж и только усилием воли сдерживается.

- Тогда всего хорошего, - холодно замечает он. – Лучше нам больше не встречаться…

- Почему? – удивляется отец. В его представлении о мире все складывается отличным образом. Дочь обязана почитать отца, каким бы он ни был. Какие еще извинения, если я хожу на двух ногах? Жива, и слава Аллаху!

- Я так решил, - отрезает спокойно Герман. И как только за незваными гостями закрывается дверь, притягивает меня к себе. Устало целует в висок.

- Еле сдержался, чтобы не спустить его с лестницы.

- Мне кажется, они еще вернутся, - вздыхая, прячу лицо на груди у мужа. – Папе очень понравилась Настя. Даже удивительно!

- Почему? – усмехается муж, целуя меня в макушку.