Восточная сказка

Всем придуркам прилетит по ушам, - шепчу Алине на ушко. А сам лихорадочно размышляю, как бы мне обезопасить жену и настучать по репе Айрату. Да так, чтобы больше не посмел сунуться. И в чем вообще проблема? Он же знает, кто я такой. И все равно посмел прилюдно устроить свару. И какое отношение Айрат имеет к моей жене? Родственник со стороны отца? Скорее всего. Алина и Софья о нем говорят мало. Лишь усмехаются нехорошо. Я знаком с Искандером и Латифой. Боготворю Зарему, мудрую бабушку моей жены. Но никогда ни от кого из них я не слышал ни про какого Айрата.

Морщусь, пытаясь совладать с собой. Я не из тех людей, кто прощает обиды. А уж если кто потянется к моей семье, вырву руки и выбью зубы. Придется досконально разбираться в этой истории. Сначала, конечно, поговорю с женой. Потом позвоню Казбеку и Алишеру.

Как только мерс тормозит около крыльца, Алина выскакивает из машины и несется в дом. Всхлипывая, кидается на грудь Софье и что-то шепчет. У нашей милой тетушки глаза выпадают из орбит от удивления.

В курсе, старая перечница… Один я как дурак ничего не знаю.

- Как малышка? – спрашивает жена. И тетка кивает ей в ответ.

- Все нормально, Алинка. Мы играли с этим пони Плей-До. Потом она поела и без проблем легла спать.

- Это только при мне Настя по потолку бегает, - через силу улыбается Алина, снимая пальто. Беру из ее рук украшенную всякой всячиной тужурку и сразу вешаю в шкаф.

- Нам нужно поговорить, - бросаю под настороженным взглядом Софьи Петровны. – Спокойно ночи, - киваю ей, давая понять, что моей жене личный адвокат сейчас не требуется.

- Спокойной, - мямлит Соня и деловито уходит в кухню. То ли замесить тесто и утром подать к завтраку свежепожаренные пирожки, то ли просто помыть невзначай оставшийся в раковине стакан.

Помню, как я упирался и не хотел даже слышать о Софье Петровне. А потом смирился под нажимом обстоятельств. И ни разу не пожалел за это время. Софья помогает нам, чем может. И мои жена и дочка платят ей абсолютным обожанием.

Первым делом Алина заглядывает в детскую, умильно смотрит на нашу двухлетнюю дочь. Подхожу сзади и, обняв жену, любуюсь малышкой. Дочка спит, раскидав по постели руки и ноги. А рядом на  кровати сидят ее любимые куклы и медведь.

- Маленькая принцесса, - сквозь слезы бормочет Алина и будто прощается с дочерью и с самой жизнью.

«Что ты боишься, любимая? Скажи! И я защищу тебя!» – хочется заорать мне. От клокочущей в душе ярости стискиваю зубы, пытаясь успокоиться. Вздыхаю натужно. Еле сдерживаюсь, чтобы не схватить жену за плечи и не встряхнуть, как следует. Впервые в жизни на меня накатывает такой гнев. И страх. Тяжелый и гнетущий. Какого фига, Айрат, ты появился в нашей жизни? И что ты надеялся показать своей выходкой.