4
0
Больно…
Хватит! Надоели мне эти игры.
Уворачиваюсь, подныриваю под неё и кидаю на маты, разводя и фиксируя её руки и ноги.
— Всё, звездочка, бой окончен.
Макс дёргается, в попытках освободится, но я держу мёртвой хваткой.
— Это не по правилам.
— Межполовой бой — тоже не по правилам, — смотрю ей в глаза.
Потом взгляд скользит по её фигуре, задерживаясь на животе. Кровь начинает сильнее шуметь в голове.
— Носи закрытые майки, твой пресс слишком хорош, вызывает бурные фантазии.
— Не смотри, если тебя штырит от него, — пытается освободиться, даже зубами скрипит.
— Не могу, он мне нравится с первого дня, как увидел.
— Да я помню — пялился на меня в лагере постоянно.
— Не постоянно, не преувеличивай, — смеюсь, а сам склоняюсь к ней, будто отжимаюсь. — Макс, что ты ко мне чувствуешь? — спрашиваю зачем-то.
— Сейчас? Желание хорошенько тебе врезать. И сделаю это, когда освобожусь, — злится.
— Не делай вид, что не понимаешь.
Она вдруг расслабляется и смотрит прямо в глаза.
— Не знаю… Со мной раньше такого не было, — честно, мне нравится, что она всегда такая откровенная.
— И со мной… Но рядом с тобой всегда бабочки в животе.
— Психологи, кстати, говорят, что это признак токсичных отношений, — умничает.
— Перестань читать всё, что тебе попадается на глаза, — хмурюсь, а сам смотрю на её губы.
Вот они в паре сантиметров всего, бери и целуй. И я целую… Заставляю приоткрыть рот и проникаю языком внутрь. Отпускаю её руки и обнимаю за талию, устраиваясь между раскинутых ног.
Чёрт! Эта поза сносит голову.
Мы так близко, я чувствую её, а она меня. В данный момент я очень жалею о своём обещании, что не буду подталкивать Макс к близости. Я хочу её так, как никогда и никого. Всегда желание возникало к девушкам в то время, когда мы были уже готовы к сексу, а тут даже мысли заводят. А думаю я о ней почти всегда.
Опускаю руку и погружаю её под резинку шорт, сжимая ягодицу. Ловлю в своих губах её слабый стон. Провожу по внутренней части бедра до промежности. Она вздрагивает и начинает трепетать. Легкие поглаживания через ткань. Макс закидыет голову и я вижу, как сглатывает.
— Нравится? — шепчу на ухо."
"— Это что-то новое…
— Ты себя когда-нибудь ласкала?
Она в мгновение трезвеет, приподнимается на локтях и глядит, широко открыв глаза.
— Я похожа на больную?
Отпускаю её и сажусь рядом.
— Причём здесь это? Любить своё тело — это нормально. Ты же наверняка это читала.
— Теория и практика — разные вещи. Ты, я так полагаю, себя регулярно "" любишь"", — брезгливо отодвигается от меня.
— Иногда…
Из-за тебя, между прочим! Но Макс знать это не обязательно.
Она встает, чтобы уйти с ринга и направляется к канатам, снимая перчатки.
— Макс, я не хотел тебя обидеть! — кричу в след.
