4
0Все дружно рванули на стадион посмотреть на это зрелище. Я не любительница, предпочитаю агрессивный спорт, но для разнообразия и нежелания пока ехать домой осталась с друзьями."
"— Прекращай дуться, — сажусь на скамейку рядом с Фроловым, он отворачивается. — Подумаешь, получил по фэйсу. В первый раз что ли?! А вообще правильно, зачем Лаврику про нас с Калининым рассказал? Ещё и придумал, что я с ним сплю. Свечку держал?
— Я предположил…
— Предположил… Это моя личная жизнь и я делаю с ней что хочу… Не было у нас ничего, — задумчиво, спустя длинную паузу. — Почти… Целовались и только.
Егор оживился. Даже заулыбался.
— Мир? — протягивает мне мизинец.
— Мир, — обхватываю своим и качаем руками. — С Кирюхой сам поговоришь или мне?
— Он никому не скажет, ты же знаешь.
— Он Лине уже растрепал, — с укором.
— Она точно никому не скажет. С ней же никто не дружит с тех пор, как она с нами стала общаться.
— Портим мы девчонку… — задумываюсь, глядя на Митрофанова, нашего одноклассника, который собирался пробить пенальти.
Гол!
Наши выиграли.
— Какова красота! — тянет нараспев Лавров, оглядывая машину Калинина.
От капота и по всему лобовому стеклу надпись ""Я тебя люблю!"" и куча сердечек.
О, хотела бы я видеть, как Гордея материт отец за это. Петр Дмитриевич на громкие эпитеты не поскупится, завернуть крепкое словцо он умеет.
Только внутри подгорает… Кто-то посмел написать Калинину признание на машине.
— Кто это сделал? — смотрю на Кирюху и Линку.
— Ивлева из девятой группы. Вот, в чате видео выложили, — показывает подруга телефон.
На экране видос, как какая-то мелкая ненормальная ползает по автомобилю и пишет эту глупую надпись.
Дура!
К стоянке начинают подтягиваться зеваки. Кто-то снимает на мобилы, а кто-то просто поржать.
— Да ну нах! — громкий мужской возглас сзади.
Сдерживать себя надо, мужчина!
Мы втроём дружно поворачиваемся на возглас. Калинин стоит и смотрит на свою машину с открытым ртом.
— Сюрприз — да, Гордей Петрович? — стебётся Лавров, за что получает тычок в бок от Линки.
— Это краска? — проводит Дэй по надписи и потирает стертую субстанцию в руках.
Что-то жирное…
— Нет, это помада, Гордей Петрович. И судя по блеску водостойкая, — лыбится Макарова.
— Адрес хорошей мойки подсказать? — не скрываю смеха, за что получаю прожигающий насквозь взгляд.
— Кто посмел? — закипает Калинин.
Быть посмешищем не входило в его планы.
— А вы к всевидящему оку обратитесь, — подсказывает Кирилл.
Гордей не сразу понимает, о чём он, но потом кидает взгляд на камеру наблюдения напротив. Зашвыривает сумку в машину и идёт в комнату охраны смотреть записи, в спину всеобщий смех.
— Попала Ивлева, — констатирует Лавров. — Получит от него по самое небалуйся.
