4
0
Он подносит смартфон к моему лицу для разблокировки и отводит в сторону мои руки. Быстро набирает какой-то номер, дожидается вызова и отключается.
— Кому ты звонил? — возмущаюсь, когда он возвращает телефон.
— Себе.
— Зачем? Номер спросить — не судьба? Обязательно так?
— Ты бы не дала. Фу, как пошло звучит эта фраза, — смеётся. — Повтори, — бармену.
— Мне теперь его менять придётся.
— Не переживай! Обещаю не звонить по ночам и не писать по пустякам.
— А можно меня тогда вообще не тревожить? — забираю рюмку, которую он мне протягивает.
— Нет, не получится… Иногда у меня острое желание услышать твой голос, — вот так признание!
— Серьёзно? А острого желания услышать голос той, что тёрлась о вас своими буйками, нет?
— Ревнуешь? Расслабься, — похлопал меня по щеке. — Она в отставке. И договорились же, что ты мне не выкаешь! Представь, что я старший брат.
— Не могу. Братья так не целуют.
— Мда… Ну, значит друг старшего брата, — хихикнул.
— Кстати, где ваш… твой брат? — поправилась.
— А хрен его знает, — осмотрелся. — Наверное, развлекается уже с кем-то. Я свечку держать не нанимался. Пойдём, — встаёт со стула и приобнимает меня за талию."
"— Куда? — закрадывается страх.
— Потанцуем. И не ври больше, что не умеешь, — опаляет горячим алкогольным дыханием щеку. — Твоя мама рассказала, что до тайского бокса ты танцем живота занималась. Покажешь, как вы там восьмёрку задницей крутите.
Ну, мама! Язык за зубами придержать не могла? Я всячески вытравливала из себя это девичье, а теперь опять…
Калинин уже тянет меня на середину танцпола. Кладёт руки мне на талию.
— Не напрягайся ты так, — шепчет на ухо. — Я не кусаюсь. Пока…
Отстраняется, смотрит на меня и даёт мне лёгкий щелбан по носу. Хмурюсь. Борзеть-то не надо! Он руками начинает задавать ритм движения моему телу. Влево, вправо и по кругу.
— I'll take you to the candy shop, — шепчет на ухо, раскачивая мои бёдра. — I'll let you lick the lollipop, — улыбается нагло, прижимаясь ко мне.
— Вы… ты хоть знаешь, о чём они поют? — борюсь с мурашками, гоняющими по моему телу от его прикосновений.
— Знаю. Но тебе не скажу… Рано ещё тебе такое знать, ты целоваться только-только научилась.
— С чего бы это? — возмущённо.
— Меня не обманешь, Макс, — шепчет на ухо, разворачивая к себе спиной. — До меня ты ни с кем не целовалась. Знаешь, я рад, что и здесь смог тебя чему-то научить.
А затем он мазнул губами по моей шее, легко, но дыхание спёрло. Его руки скользнули вверх от моей талии к груди, теснее прижимая к себе. Гордей всё так же продолжал раскачиваться в такт музыке, заставляя и меня делать тоже самое. Я закрыла глаза и отпустила все сомнения. Тело до сих пор помнит движения восточных танцев.
— Супер, — хрипловатый голос у уха. — Маленькая врушка… Отлично танцуешь.
