3
0
Через полчаса она и Виктор Иванович неслись ко мне на встречу по больничному коридору.
— Доигралась, да? Настучали по голове? — задыхаясь, со злостью произносит будущий тесть.
— Витя! — одёргивает его жена. — Что с ней?
— Без понятия… Не били ей по голове. Вообще бой вялый был.
— Борис Васильевич что говорит? — треплет меня за плечи.
— Ничего! Сказал ждать, долго всё будет.
Началось томительное ожидание и дергание на каждый скрип двери из отделения.
Через час приехали Лина со Славкой, а следом Лавров с Фроловым.
Мда… Егор — красавчик. Два фонаря под глазами и заклеенный нос.
Кирилл ревнивым взглядом чуть не сожрал Макарову и Славяна, который прижимал к себе всхлипывающую девочку и успокаивающе поглаживал по голове.
— Макс выиграла…
Вот зачем ты это ляпнул, Лавров?
Все сейчас испепелят глазами тебя за это.
Вера Юрьевна заплакала, заламывая руки. Виктор Иванович тоже её обнял и начал успокаивать.
Несколько часов ждали, пока к нам вышел дядя Боря с кучей бумаг.
— Малышня, останьтесь здесь, остальные за мной.
Друзья переглянулись с возмущением. Что за хрень?!
В своём кабинете сел в кресло и окинул нас хмурым взглядом. Нервно поправил волосы.
— Боря не тяни кота за яйца! — сорвался Ермолаенко.
— Новости у меня неутешительные. Вернее две и одна другой не лучше. Но всё ещё не окончательно, мы продолжим обследование, чтобы знать детально…
— Ну! — теперь закипаю я.
— У Макс острый лимфобластный лейкоз… Это рецидив.
— Лейкоз? Я правильно понимаю… Это же рак? — меня словно кипятком ошпарили.
— Да.
Вера Юрьевна заплакала в голос. Она всегда боялась, что это случится снова.
— А вторая новость, какая?
— Вторая мешает нам начать лечение в ближайшее время, — посмотрел прямо мне в глаза. — Беременность. Шесть недель.
Родители Макс охнули и уставились на меня.
Мы же предохранялись… Ну кроме того раза в Египте…
Вот и верь после этого каким-то там программам!
Но оправдываться бессмысленно.
— И что делать? — старается быть спокойным Виктор Иванович.
— По медицинским показаниям мы будем настаивать на прерывании беременности. Но… — сделал выжидательную паузу и тяжело вздохнул. — В общем, Макс против. Если мы не сделаем это в ближайшее время, то можем потерять обоих. У Макс ещё есть хорошие шансы на выздоровление…
— Если нужно, значит, сделаем! — решительно произнесла Вера Юрьевна.
— Вы не можете за неё решать, она совершеннолетняя, — заметил Полозов.
— Уговорим. Гордей, ведь так? — умоляюще посмотрела на меня.
А я не знаю… Я до сих пор от всего услышанного в шоке. В ушах звенит.
Это же и мой ребёнок тоже. Как я могу его убить?!
Но тогда Макс…
Её я не могу потерять точно, поэтому согласно киваю головой. А внутри всего рвёт на части.
