4
0
Заставила любить так, что у меня от одного взгляда сердце или замирает, или колотится так, что может выпрыгнуть из груди.
Как же я сходил с ума, когда во время разлуки видел её в колледже, но не мог ничего ей сказать. Смотрел, как она пишет что-то в тетради, выставив ноги в проход между партами. В эти моменты мне становилось плохо.
Вы когда-нибудь пробовали смотреть на вещь, которую очень хочется, и бороться с сильнейшим желанием, но её нельзя трогать?
Нет? Попробуйте…
Вас начнёт ломать, как наркомана без дозы. Тогда я чувствовал себя именно так. Меня штырило от вида её стройных ног и ломало от невозможности к ним прикоснуться.
Мягко провожу рукой от талии до её колена и обратно.
Вставляет не по-детски.
Ты мой кайф, Макс…
Как теперь уснуть?..
Глава 66
Солнце ещё не встало, а моё солнышко уже греет. И скорее всего, делал это всю ночь.
Обожаю смотреть на Дэя, пока спит. Он выглядит таким умиротворённым. И красивым…
Я глупая, если позволяю себе потерять его. Никто и ничто этого не стоит.
Он сейчас здесь, обнимает меня, а значит, я ему дорога.
Прости, любимый…
Пальцами слегка касаюсь его лица. Он накрывает мою руку своей, прижимая
ладонь к щеке. Поворачивается и целует в неё.
— Я думала, ты спишь… Этот поцелуй означает, что я прощена?
— Этот поцелуй означает, что я тебя люблю и не хочу терять.
— Мне нравится, как начинается новый год. Похоже, моё желание начинает сбываться.
— Моё тоже…
Наваливается на меня сверху и целует в шею. Это так приятно. Тело порхает от его ласки где-то в невесомости.
— Ты уже собрала чемодан? — спрашивает между поцелуями.
— Нет. Отец сказал, что я никуда не поеду. Извини… У меня домашний арест.
— Вопрос с твоим отцом я как-нибудь решу, — приподнимается на руках надо мной. — Я не упущу шанс побыть с тобой наедине. А теперь, малышка, снимай трусики, — шепчет мне на ухо.
— Ты упустишь возможность сделать это сам? — хихикаю в ответ.
— Ммм… Нет… Я очень долго ждал…
Мы занимаемся сексом тихо, так как за стеной спальня его родителей. И мне это совсем не нравится, нет того удовольствия, когда ты можешь не сдерживать свои стоны, а они меня поджигают.
Хочу один на один и никого вокруг.
— Гордей, нет! Никакого Египта. — Решительно отказывает отец. — Ты этой своей поездкой рушишь всё моё воспитание. Я её наказать хочу, а не поощрять.
— Может, она после отдыха будет делать меньше глупостей, — подаёт голос из угла дивана Слава.
Не верится, что он заступается за меня. Думала, будет топить.
Я вообще молча наблюдаю за этими прениями.
— Ну да. А может со свежими силами творить новые, — скептически морщит лицо папа.
— Виктор Николаевич, — вступается в нашу защиту Борис Васильевич. — Не будь таким брюзгой. Пусть едут отдыхать.
