4
0Мы их вместе несколько дней назад покупали, выбирая подарки родителям.
Поднимаю глаза и встречаюсь с карими омутами, которые смотрят с испугом.
Первая мысль — порвать ублюдка Фролова, обнимающего до сих пор мою девочку.
Она быстро убирает его руки со своей талии.
— Гордей…
— Заткнись, — рычу на неё.
Внутри всё закипает, кровь приливает к голове и стучит в висках набатом.
Удивительно, но Фролов не боится. Наоборот смотрит с вызовом, сжимая руки в кулаки. Глаза горят нездоровым блеском. Он пьян…
Драться в школе с пьяным мальчишкой? Я до такого не опущусь.
Просто отталкиваю её в сторону и поднимаюсь на третий этаж. Ощущение словно это не со мной, всё неправда и мне просто привиделось.
Но это жестокая правда…
Она целовалась с Фроловым. Ещё ломаю голову над её беременностью. А я ли отец?
Закрытая дверь на этаж. Ударяю со всей дури кулаком в стекло. Оно высыпается. В руке резкая и жгучая боль. Но сразу же проходит.
Только в классе смотрю на неё. Между костяшек торчит приличный кусок стекла.
Почему я не чувствую боли? Шок?
Внутренняя боль предательства сильнее — вот и весь ответ. Снова…
Макс заходит и тихо подкрадывается ко мне.
Вынимаю стекло, кровь хлещет из раны.
Она суетится, завязывает мне руку моим шарфом. Что-то говорит про больницу.
В голове шум, я её не слышу.
К Макс только чувство омерзения. Как она могла с ним целоваться, после того, что между нами было последний месяц?
Выгоняю… Не понимает… Выгоняю снова… Выставляю из класса…
Хочется и из своей жизни вот также легко выставить, но не получится.
Обматываю руку шёлковым шарфом поплотнее, кровь не останавливается. Моему организму не хватает тромбоцитов, чтобы закрыть рану. Или просто она глубокая…
Бреду в полусознании к выходу, мне нужно покинуть это место. Я не хочу здесь находиться.
— Гордей Петрович, может быть, будете так любезны, подвезти до дома? — догоняет меня на выходе Светлана.
— Что? — с трудом соображаю.
— Поздно уже, страшно одной домой возвращаться, — вскидывает скромно брови.
До меня доходит смысл её слов.
— Да, конечно… — даже не понимаю, для чего она это делает.
На парковке Макс с Линой стоят рядом с машиной. Но я прохожу мимо, до тачки Славки. Одолжил на вечер, ему она сегодня всё равно не нужна. Прав меня официально суд ещё не лишил, так что ездить я могу.
Помогаю Светлане сесть в машину, и бросаю взгляд на Макс. Самый ледяной, на который способен. Злость и желание ударить побольнее кипит во мне.
Как ты мне этим поцелуем…
Едем в тишине. Я не хочу ни о чём говорить…
— Что у вас с рукой? Повязка вся в крови, — замечает она, нарушая молчание.
— Порезался, — ответ такой, как будто перочинный ножичком палец чикнул.
— Нужно обработать, иначе заражение может пойти.
