4
0— Полицейский…
Э, мать! Ты чего? Бросай это дело! Он тебя на десять лет старше.
— Вообще-то он инспектор по делам несовершеннолетних, — поправляю её.
— Это же тоже полицейский…
Ну, в принципе, да…
— Я за ним от самой стоянки бежала, — признаётся.
— Нафига? Макарова, этот Калинин ещё хуже младшего, — предупреждаю её, вспоминая, что о нём рассказывал Гордей. — У него баб, как снега зимой.
— И что? Теперь на него даже смотреть нельзя? — не отрывает взгляда от его спины, пока он не скрывается за поворотом.
Ага, смотреть. Знаю я тебя… Ты так воображаешь, как бы было классно поцеловаться с той или иной звездой, что иногда мне тошно становится. А тут твой новый объект обожания почти в шаговой доступности.
— Кирюхе не понравится, — давлю на совесть.
— Забудь о нём. Я спалила, что он с какой-то овцой переписывается и мы с ним посрались.
— О, как! — от души отлегло.
Давит груз того, что я знаю о его блядках и молчу.
— Кстати, как Калинина старшего зовут? — спрашивает между делом.
— Слава… Вячеслав Петрович. Линка, забудь про него!
— Почему? Видела, как он на меня посмотрел?
— Видела. Как сексуальный маньяк…
— Это ты правильно сказала… Сек-су-аль-ный, — протянула мечтательно, закатив глаза.
— Началось…
— Тебе попкорн сладкий или соленый? — спрашивает Егор, стоя у прилавка в кинотеатре.
— С карамелью.
Он берёт одно большое ведро и два стакана с колой.
До сеанса ещё минут десять, и мы стоим в холле, пропуская других зрителей в зал.
— Макс…
— Что?
— Ты назад только не поворачивайся, — смотрит куда-то Фролов.
— Зачем тогда сказал? — прослеживаю за его взглядом.
Там Гордей с Метлиной. Тоже пришли на Тома Харди посмотреть? Нет. Она показывает рукой на другой зал, в котором показывают какую-то авторскую лабуду. Я свободно выдохнула… Но в душе ужасно заболело и сдавило до боли.
— Не обращай на них внимания, — поворачивает меня к себе лицом Фролов.
— Всё нормально, Егор… Всё нормально… — голос предательски дрожит. — Они подходят друг другу…
— Прикалываешься? Он современный, а она из позапрошлого века.
— Кажется, она тебе нравилась два года назад, когда только пришла в колледж, — посмеиваюсь над ним.
— Не напоминай…
— Пошли, уже реклама началась, — подпихиваю его к входу.
В этот момент чувствую затылком тяжелый и холодный взгляд. Смотрю назад и вижу злые глаза Калинина, готовые нас разорвать на части.
Да пошёл ты! Тебе можно, а мне нельзя? Метлу свою придерживай, а то улетит.
Полтора часа в зале превращается не просто в просмотр фильма, а в веселье. Фролов всё время, не отвлекаясь от экрана, пытается накормить меня попкорном, промазывая и попадая то за шиворот, то в глаз или нос. Зачерпываю горсть и кидаю ему прямо в лицо, тихо похохатывая. Он смеётся довольно громко, на нас шикают спереди.
