4
0И тут же, не дожидаясь еды, вступил с хозяином в разговор:
– А позвольте узнать, как тут у вас дела обстоят?
Трактирщик, толстый и лысый, покосился на чемодан и решил ублажить клиента:
– Живем – хлеб жуем. Помаленьку да потихоньку. Вы памятник наш видали?
– Видал и поразился. В эдаком месте и подобное великолепие. Как так вышло?
– Местные жители, шайтанцы, распорядились. В память об освобождении от крепостного права. Всем миром скинулись, и вот!
В заведении было малолюдно, и гость предложил:
– А позвольте вас угостить. Мне поговорить охота, а вы, я вижу, человек обходительный. Меня звать Иосифидис Сергей Манолович. Я грек и коммивояжер.
– А меня Герман Леопольдович Перешке, я прусскоподданный и единственный обходительный человек в этой дыре.
– Вы-то мне и нужны! – обрадовался «коммивояжер». – Грек с немцем всегда договорятся. Но как вы здесь оказались, каким ветром?
– Двадцать лет назад дезертировал из германской армии. Ну и застрял…
Пруссак говорил по-русски без акцента, успевал следить за клиентами и за обслугой и поддерживать разговор. Он быстро понял, что гость здесь не просто так, и вскоре аккуратно об этом поинтересовался.
– Вы правы, любезный Герман Леопольдович. Я здесь по делу. Формально продаю паромойки Иона – слыхали о таких?
– Лишь видел рекламу в газетах.
– О, это удобная очень вещь! – затараторил «коммивояжер». – Двести двадцать тысяч уже находятся в употреблении по всему миру. Самая лучшая стиральная паровая машина! Могу предложить рассрочку.
Но трактирщик отмахнулся:
– Никому вы здесь это не продадите, и мне в том числе. Бабы и так настирают, в Чусовой. Безо всяких рассрочек. Зря только деньги на дорогу извели.
К удивлению немца, грек от его слов не расстроился. Он огляделся, наклонился к хозяину и доверительно сказал:
– Есть еще она причина, почему я здесь. Хочу купить немножко золота.
Перешке откинулся назад и смерил собеседника взглядом, как рентгеновским лучом прожег.
– Вот что… А почему к нам? Вам бы надо в Березовский завод. Это…
– Я туда собираюсь. После Шайтанки и Верхней Туры. Так что, Герман Леопольдович, поможете определиться в вашей выгребной яме?
– Хм. А деньги для операций у вас есть? Золото на водку тут не меняют, те времена прошли.
– Деньги есть.
Трактирщик задумался. Или только сделал вид? Азвестопуло ощутил опасность, что исходила от этого толстого, лысого и внешне безобидного человека. Уж что-что, а опасность сыщик научился чувствовать. Иначе давно бы не жил на этом свете.
– Знаете что, Сергей Манолович, вы погуляйте часа два, хорошо? А потом заходите. Я позову человека, какой вам нужен. Комиссионные дадите?
Грек облизнул губы и жестко спросил:
– Комиссионные? За что?
– За сводничество.
