4
0
Рудайтис начал нервно барабанить пальцами по столу. Его бил нервный тик, было видно, что он волнуется.
– Оба опасные, даже молодой, – продолжил он наставления.
– Я сам опасный, – осклабился Корявый.
– Возьми людей, сколько надо. Верлиока распорядится. И еще…
Бандит ждал, а «иван иваныч» все тянул:
– Это… как бы сказать? Хорошо бы не здесь их сложить, а в другом каком месте.
– В каком? – не понял Корявый. – Схватить и вывезти за город?
– Да нет, лучше бы пускай они уедут в командировку, и там их прищучить. Чтобы не Филиппова люди нас потом искали. А в глубинке сыщики вялые, там легче тебе будет.
Рудайтис отвернулся к окну и делано зевнул:
– Да только как их выманить? Нет уж, бей, где получится. И это… изобрази обычный грант. Часы срежь, карманы выверни…
Бандит почесал сизый нос и ответил:
– Слушаюсь. Адресок бы…
– Верлиока даст наводку. Ступай.
Под вечер в кабинет статского советника явился рассыльный и доложил:
– Вас господин спрашивает. Просят спуститься.
Алексей Николаевич накинул сюртук и вышел в вестибюль. Там стоял, прислонившись к колонне, присяжный поверенный Аванесян.
– Сурен Ованесович? Здравствуйте. Чему обязан?
Гость отвел сыщика в угол и сказал вполголоса:
– Я не должен этого делать… Но, с другой стороны, должен.
Лыков усмехнулся:
– Так должны или не должны?
– Кажется, Вырапаев приказал убить вас.
Усмешку мигом сдуло с лица сыщика.
– Вот как… Это точно или вам показалось?
– Вслух при мне он этого, конечно, не сказал, такие вещи говорят без свидетелей. Но очень на то похоже. Я пытался его отговорить. И еще один человек, вы его не знаете, тоже возражал. Но не получилось. Вырапаев пылает весь, он желает отомстить.
– За четыре пуда платины?
– Да. Потеря большая, его взяло за живое. Так что, Алексей Николаевич, берегитесь. Он чрезвычайно опасный человек.
Лыков повел плечами:
– Да уж, самый опасный сейчас во всем городе. Знаете, как его Азвестопуло называет? Мориарти.
Они помолчали, потом статский советник спросил:
– Еще что-нибудь знаете?
– Он вызвал Корявого. Понятия не имею, кто это такой, но, видимо, головорез.
– Корявый… Не слыхал. Ну, разберусь. Спасибо за предупреждение, Сурен Ованесович. Вы очень рискуете, помогая мне. Ларька Шишок, он же Рудайтис, который живет под именем Вырапаева, не простит вам, если узнает. Будьте осторожны.
Мужчины пожали друг другу руки, и присяжный поверенный удалился. Лыков поднялся к себе. Азвестопуло поймал его взгляд и вскинулся:
– Что случилось? Кто к вам приходил?
Алексей Николаевич рассказал. Грек был ошарашен:
– Убить статского советника из Департамента полиции? Он с ума сошел? С него с живого не слезут, я его своими руками удавлю!
– А если и ты на очереди? Это месть за платину.
– Другие найдутся.
