Уральское эхо

Человек умный и хваткий, опытный и храбрый, Сергей Николаевич вырос из надзирателей в исправляющие должность районного чиновника. Кренев расписал Гусеву перспективы. За ношение ножа ему светит всего месяц тюрьмы. А вот за кражу со взломом, да еще у Елисеева – рештак[32] года на четыре. С последующим запретом жить в Петербурге. Навечно! Однако можно смягчить участь, если вор ответит на некоторые вопросы."

"Опасный на воле, в кутузке взломщик сдулся и дал правдивые показания. Сыщиков интересовало, кто из столичных маклаков скупает золото и платину. Вот, к примеру, куда делись золотые часы-браслет[33], что Ванька стырил у его превосходительства? Насчет платины Гусев лишь развел руками. А насчет золота назвал Кольку Таракана – Николая Тараканова, известного маклака с Белозерской улицы. Что важно, вор выдал вторую квартиру перекупщика, которую тот скрывал. Полиция наведалась туда и обнаружила огромную кладовую, забитую купленными у «красных»[34] вещами. Одних только пальто там насчитали более двухсот! А еще много другого, включая даже швейные машины и аппараты для истребления клопов паром[35].

Таракан быстро сломался и выдал старшего подельника, блатер-каина Элью Дворшака по кличке Эльюшка Жид шпареный. Шлиссельбургский мещанин был давно известен полиции. Он отсидел два года в исправительных отделениях, после чего поселился где-то на Севере. А вот чего сыщики не знали, так это того, что Дворшак тайно вернулся в Петербург и открыл на подставное имя лавку на Александровском рынке. И опять взялся за скупку краденого.

Кренев несся по следу семимильными шагами. Он нагрянул к Эльюшке и захватил еще один подпольный ломбард, доверху набитый сламом. Внимание Сергея Николаевича привлекли долевые весы с клейменными разновесами[36]. Увидев их, он сразу телефонировал Лыкову.

Вдвоем сыщики насели на маклака. Тот был прожженный, долго упирался и грозил нажаловаться прокурору. Фараоны в ответ смеялись. Алексей Николаевич сел разбирать ломбардные квитанции и наткнулся на знакомую вещь. Серебряный портсигар с красным камнем, выкованный в форме самородка! Такой пропал у зарезанного зимой поручика лейб-гвардии Саперного батальона. Убийц до сих пор не нашли, и вот предмет, принадлежавший жертве, обнаружился у скупщика.

С этой минуты участь Дворшака была решена. Он сразу понял, куда выворачивает: укрыватели убийства по закону получают наказание тремя ступенями ниже главных виновных. За гвардейского поручика исполнителям светит каторга второй степени, то есть от пятнадцати до двадцати лет. А укрывателям, стало быть, пятой степени – от восьми до десяти. Это не в Литовский замок[37] на пару годков, тут кандалы наденут, и надолго. И маклак сдал убийцу – того самого Графа Платова, за которым охотился Лыков.