6
0
— Как она? Моя бусинка маленькая!
— Волин заплатил первый взнос и Варя идет на поправку так говорит врач.
— У меня есть новости по твоей просьбе. Записывай имя донора — Савельев Николай Евгеньевич. Дата рождения 12.02.1985 г. Проживает в городе К***. По профессии IT специалист. Адрес *** номер телефона ****. Но! Имей ввиду, что никаких правовых претензий ты предъявить ему не можешь. Он имеет полное право отказать тебе в любой помощи.
— Да, я знаю. Я ж заключала договор с медучреждением. Там все это сказано.
Я закрыла блокнот и положила обратно в сумочку.
— Спасибо, Жень. Ты когда приедешь?"
"— Да не выходит вырваться пораньше. Даже не знаю, когда получится. Но я на телефоне и, если деньги нужны ты говори не стесняйся.
— Нет, все нормально. Есть деньги…Будут, точнее.
— Откуда?
Я тяжело вздохнула и посмотрела на Варю, тронула легонько ее лобик и проглотила горький ком в горле.
— Что? Волин, да?
— Не спрашивай…Он чудовище, но у меня нет другого выхода. Он сейчас спасение для Вари.
— Аааа … как же ты сама?
— Я? Я все выдержу. Я сильная. Пусть Варя выздоровеет, а потом…потом я засажу эту мразь в тюрьму. Он получит у меня по заслугам!
— Все еще считаешь, что это он?
— ОН! Я уверена в этом. Волин — это сама мерзость! И он за все ответит!
— Ты поосторожней с ним, Ксюш, пожалуйста не геройствуй. Волин опасный человек.
Ольга заглянула в палату и кивком показала, что мне пора уходить. Я наклонилась к Варе. Поцеловала ее в щечки едва касаясь губами. Ощутила, как опять сдавило тисками грудную клетку — а ведь у меня кроме нее тоже никого нет и если с ней что-то случится я, наверное, тоже способна наложить на себя руки.
— Я скоро приду, моя маленькая. Мама очень любит тебя. Держись. Ты обязательно выздоровеешь. Я тебе обещаю. Мы вспомним все это как дурной сон.
Когда шла по коридору увидела опять эту женщину. Она сидела у постели внука, опустив голову и прислонившись лбом к руке мальчика. Обмотанного бинтами.
— Что с ним? — тихо спросила у Ольги.
— Ожоги. Переломы. Травма головы. Попал в аварию вместе с родителями. Отец погиб на месте, а его мать успела выкинуть с окна до того, как машина взорвалась. Тяжелый случай…да и у них нет денег на лечение. Его скоро переведут от нас. Ох, сделали вы нам проблему. Выставить ее теперь не можем.
Я какое-то время смотрела на женщину, которая вся дрожала — наверное плакала, понимая, что не может спасти внука.
— Сколько ему надо на лечение?
— Ой…вы это у Дмитрия Сергеевича спросите. Я не в курсе.
Конечно. Ты не в курсе ведь официально лечение ничего не стоит — это вы превратили отделение в коммерческое и вышвыриваете пациентов у которых нет возможности заплатить, а кто-то вас в этом покрывает.
Я почувствовала, как задыхаюсь, как сильно мне хочется хлебнуть кислорода и отдышаться.
