Я не Монте-Кристо

«А вот на моего сына тебе точно наплевать». Она развернулась и, не церемонясь, стряхнула руки Вадима с плеч.

— Не переигрывай, я знаю, что беспокоишься. Но контролировать меня не надо.

— Ты летишь к нему? — а вот теперь он в самом деле запереживал. — Это он тебя позвал?

— Он, не он, какая разница? — устало сказала Саломия. У нее слипались глаза, она полночи пролежала без сна возле руки Никиты, и теперь оправдываться перед Вадимом не было никаких сил. — Я хочу погреться на солнышке, здесь слишком холодно. Мальдивы в самый раз.

— Тогда давай поедем вместе, — Вадим потянулся было к ней, наверняка планировал заключить в объятия, но наткнулся на колючий взгляд серых глах, по привычке стараясь не смотреть на рубцы, и сдался. Отошел назад и даже руки сцепил за спиной. — Ты зря так доверилась ему, Сальма. Откуда ты знаешь, зачем он позвал тебя?

«Он хочет, чтобы я родила ему ребенка. И я хочу от него ребенка. Девочку с темными кудрями и голубыми, лазурно-кобальтовыми глазами». Саломие вдруг отчаянно захотелось нарисовать эту девочку, у нее даже руки зачесались. А Вадим тем временем продолжал:

— Я так надеялся на эту новогоднюю ночь, Сальма! Мне казалось, ты изменилась ко мне в последнее время, стала мягче, задумчивее. И я загадал, что эту ночь мы проведем вместе, я снял номер, мне и в голову не могло прийти, что ты останешься дома.

— Данил попросил, я захотела встретить Новый год с ребенком.

— Ты поступила неосмотрительно, Сальма, там были очень важные люди, Войцеховский, Дубинин, Оскальрод… Ты могла навести полезные связи.

Она слушала, а сама вспоминала эту неожиданную новогоднюю ночь, которая так была похожа на настоящий семейный праздник, что в груди начинало щемить, если бы только…"

"Если бы только Никита тогда не предал, если бы только можно было все вернуть, если бы только он сейчас не лгал, если бы только она могла простить, столько этих «если бы»… Саломия развернулась к Вадиму, прикоснулась к руке и сказала как можно мягче:

— Вадик, я тебя очень люблю, правда, и очень ценю, что ты сделал для нас с Даниэлем, но это не та любовь, которую ты ждешь от меня. Я люблю тебя как друга, а не как мужчину, и по-другому не будет.

— Ты любишь Елагина? До сих пор, после всего, что он с тобой сделал? — Вадим даже не скрывал злости, так и лившейся из светло-карих глаз. Саломия вздохнула, что тут скажешь?

«Да, люблю. Чтобы разлюбить, всего лишь нужно вынуть из груди сердце и выбросить на свалку, проще простого». Но вслух она сказала другое:

— Ты говорил, Никита подавал иск на наследство после смерти своей жены? — Саломия старалась говорить ровно, чтобы голос не дрожал.