Тень прошлого

У Хагарти была истерика. Он находился рядом и смотрел, как эти парни убивали его лучшего друга. Меня бы не удивило, если б в таком состоянии он увидел летающие тарелки.

Но Баутильер знал, что это не так. Гарденер видел это по его глазам, и отговорки заместителя окружного прокурора только раздражали.

– Перестаньте. Мы говорим о независимых свидетелях. Не надо мне вешать лапшу на уши.

– Ты хочешь поговорить о лапше? Ты говоришь мне, что веришь в вампира-клоуна под Мостом Главной улицы? Потому что, по моему разумению, это и есть лапша на уши.

– Не верю, но…

– Или в то, что Хагарти увидел миллион воздушных шариков под мостом, и каждый с той же надписью, что и на шляпе его любовника? Потому что и это я полагаю лапшой…

– Нет.

Разумеется, н…

– Тогда чего тебя это волнует?

– Прекратите этот перекрестный допрос! – взорвался Гарденер. – Они оба описали клоуна одинаково, и ни один не знал, что говорил другой."

"Баутильер сидел за столом, вертел в руке карандаш. Но тут положил карандаш, встал, подошел к Гарольду Гарденеру. Коп возвышался над заместителем окружного прокурора на добрых пять дюймов, но отступил на шаг под напором злости Баутильера.

– Ты хочешь, чтобы мы проиграли это дело, Гарольд?

– Нет. Разумеется, н…

– Ты хочешь, чтобы эти двуногие гниды вышли на свободу?

– Нет!

– Ладно. Хорошо. Раз уж в этом у нас полное согласие, я скажу тебе, что думаю. Да, вероятно, в ту ночь под мостом был человек. Может, даже в клоунском костюме, хотя я имел дело с достаточным числом свидетелей, чтобы предположить, что это был какой-то бродяга, надевший найденную на помойках одежду. Я думаю, он искал оброненную мелочь или объедки, недоеденный бургер, брошенный с моста, крошки в пакете из-под чипсов «Фрито».

Остальное дополнило их воображение. Такое возможно?

– Не знаю, – ответил Гарольд. Он хотел бы согласиться с доводами Баутильера, но, учитывая степень совпадения двух описаний… Нет. Не складывалось.

– Подведем итоги. Мне без разницы, был ли там Кинки-Клоун [16], парень в костюме Дяди Сэма или Хуберт – счастливый гомик [17]. Если мы введем этого человека в процесс, их адвокат вцепится в него, не успеешь ты и глазом моргнуть. Он заявит, что эти невинные барашки, а они будут сидеть с короткими стрижками и в новеньких костюмах, не сделали ничего такого, только ради шутки сбросили этого гея Меллона с моста.

Он укажет, что Меллон после падения в реку был жив. Это подтвердят показания Хагарти и Ануина. Его клиенты не совершали убийства, нет, нет! Это дело рук психа в клоунском костюме. Если мы введем этого человека в процесс, так оно и будет, и ты это знаешь.

– Ануин все равно изложит свою версию.

– Но Хагарти – нет, – указал заместитель окружного прокурора. – Потому что он понимает.