Темный в моем сердце: Насмешка небес [СИ]

— И это только твоя вина! Уходи! — настойчиво махнула она рукой в сторону двери. — Шантар! — рыкнула она. — Я сказала, уходи! Иначе позову брата!

— Брата значит, — хмыкнул я, ощущая всепоглощающие мучения.

Смотрел в ее глаза, готовый взреветь от безысходности. Даяна упрямо стояла на своем, и я понимал, что именно сейчас сделать ничего не получится.

— Позволь сказать…

— Нет! Не позволю! — почти выкрикнула кареглазая. — Не хочу тебя видеть! Больше никогда! Скорее бы прошел этот ритуал, чтобы я вернулась в свой мир и забыла о тебе!

— Но ты не сможешь, — пытался достучаться до нее, стараясь не обращать внимания на мечущуюся сущность под кожей, — вязь истинности…

— Из-за которой ты меня оскорбил и унизил? — едко усмехнулась она. — Так она будет напоминать мне не о тебе, а о том, что мне было больно! Постепенно эта боль перерастет в ненависть, а потом и в безразличие! Мне будет плевать на тебя, Шантар!

— Зачем ты так? — вымученно произнес я, качая головой и вместо той пылкой девушки, сумевшей тронуть мое сердце, наблюдая глыбу льда, который растопить будет не так-то легко. — Ведь я тебе не безразличен…

— Да, — злобно кивнула она, — ты прав! Не безразличен! Но это временное явление! Я смогу тебя забыть, но вот простить… Уходи! — она резко развернулась ко мне спиной. — Оставь меня! — повысила голос кареглазая, и я не стал спорить.

Понуро опустив голову, поплелся на выход, в коридор.

Было плевать на данный момент, что скажет Ней, если увидит меня.

«Да пусть хоть врежет, нет разницы…»

Слова Даяны набатом звучали в моей голове, причиняя нестерпимую боль. Вспоминая наш с ней разговор я все больше погружался в агонию, в которую угодил по своей же вине.

— Оказывается, слово может ранить сильнее, чем оружие, — произнес я безэмоционально, смотря себе под ноги.

— Ты прав, друг мой, — раздался голос Нейхаса из-за спины. — Теперь ты понимаешь, что чувствовала она, когда ты выплевывал ей в лицо гадости?

— Хоть ты не начинай, — отмахнулся от него и чувствуя себя словно выжатый лимон.

— Решил нарушить запрет и нагло явиться в мой дом, к моей сестре? — спросил Ней, складывая руки на груди.

— Да плевать мне на твой запрет и на твои десять метров! Не в состоянии я держать эту дистанцию! Я схожу с ума! Мне нужна только она! Ее голос, запах, улыбка… Дьявол, да вся она! Но Даяна отказалась прощать меня! Выставила за дверь, разрывая мое сердце в клочья! Неужели ты не понимаешь, что я без нее не смогу?! — зарычал злобно, сжимая пальцы в кулаки. — Мне не жить без нее… — произнес едва слышно, чувствуя себя растерзанным.

— Ну вот и отлично, — расплылся в улыбке Ней.

— Мне больно, а ты радуешься, — устало качнул я головой.