Телохранитель цесаревны

 — Возможно мною завладели эмоции, когда были сказаны слова про переезд во Францию. Только ведь как я могу быть уверен, что и другие члены вашего рода не относятся ко мне также как Марина? Крайне прискорбно, что дочка моего наставника отзывается обо мне как ручном псе вашей семьи. И поэтому у меня есть сомнения, которые и погнали меня прочь из Москвы сюда, подальше от всей этой грязи. Очень мне не хочется ещё раз убедиться в том, как на самом деле оценивают мою помощь Романовы.

— Могу заверить, что Марина… единичный случай, — сказал наследник. — Ты сможешь убедиться в этом уже осенью, когда будешь проходить военную практику. Ты отправишься в гусарский полк под моим командованием. Более того, с тобою практику будут проходить трое членов нашей семьи: мой младший сын и двое племянников. К тому же всегда есть возможность, что ты пересечёшься с другими членами нашей семьи и убедишься в том, что наши слова правдивы.

— Что ж… Не верить вашим словам у меня нет причин. Государь всегда был благосклонен к такому нарушителю спокойствия как я. И тем не менее спустить эту ситуацию на тормозах я не могу, вы же понимаете.

— Внучка готова в любой момент принести тебе свои извинения. Если же этого мало, то я и могу извинится так как мало времени уделяла её воспитанию. Стоит тебе сказать и мы привезём её сюда в течении пяти минут.

— Государыня, тут ведь не только в том, что Марина должна принести мне свои извинения. Она в первую очередь должна принести извинения моим невестам. И простой фразой «извините меня» тут не обойдётся. Извинения должны быть искренними, а не вымученными из-под палки. Надеюсь, вы понимаете это моё желание.

— Более чем, — кивнула Елизавета. — Возможно и не прямо сейчас, но принесёт настоящие извинения. Не сможет иначе, когда я объясню ей все последствия её крайне неразумного поступка.

Меня это устраивало. Пускай рыжей устроят головомойку, мне её ни капельки не жаль. А потом придёт и извинится перед Юлей и Ириной. Тогда я буду более чем доволен.

— Нам также стало известно, что ты решил отказаться от поместья, что подарил тебе мой отец, — вступил в разговор Виктор.

— Отказался и более эту тему затрагивать не хочу. Хочу напомнить, что именно Марина решила упрекнуть меня в том, что я живу на одни лишь подарки от вашего рода. Это уже вопрос моей личной чести. От поместья я отказался, но вот медаль, врученную лично Императором, оставил. Этого должно быть достаточно, чтобы злые языки успокоились и перестали говорить о том, что я могу сменить гражданство.

Императрица лучше владела своими эмоциями, а вот Виктор не смог сдержать разочарования и досады в выражении своего лица. Ну да, коль уж не отказался от государственной награды, то у меня всё ещё осталось любовь и верность к родине.