11
0
— Сама такая! — совсем по-детски крикнула вслед Бьянка и, поглядев на нас, плаксиво мяукнула: — Ну, честное слово, я вальта положила…
— Девочки, не будем ссориться, — примирительно произнес Дима и отправился на террасу.
Игра расстроилась. Бьянка надулась на Ренату, Рената презрительно фыркала что-то о шулерских приемах мачехи, четвертым игроком решено было пригласить Наталью Александровну.
Таша играла отвратно. Путала карты, брала чужие взятки и лезла поперек батьки в пекло.
Рената стояла позади кресла Мити и наслаждалась всеобщим конфузом.
— Может быть, займешь свое место? — неловко предложил мебельный директор и извинительно пожал плечами, покосившись на матушку.
— Ага, разбежалась, — вредно бросила сестрица и, гордо задрав нос, вышла на террасу.
Мы снова раздали карты, но игра разладилась совершенно. Наталья Александровна принялась думать о чем-то своем, перепутала все на свете, сын морщился от невнимательности матушки и одобрял мою весьма неловкую игру, такими же бестолковыми комплиментами:
— Ах, Софья, ну почему мое сердце не свободно? Я бы обязательно в вас влюбился. Вы так по-женски бессердечно прихлопнули моего короля… Я должен отомстить…
— Тоже мне мститель нашелся, — невнимательно буркнула директорская матушка.
— Ах, мама, мама, любовь и голод правят миром, мне мира не надо, мне бы с этим тузом разобраться…
— Софья, на самом деле, возьмите шефство над этим зубоскалом, — вздохнула Таша.
— Мама!! Ты хочешь, чтобы меня пристрелил ее итальянский мафиози?!
— От тебя пуля отскочит, ты панцирный.
— Панцирными бывают кровати, мамочка, я у тебя непробиваемый.
Партию мы так и не доиграли. Наталья Александровна, в совершенно бесподобной манере, запуталась в картах и сломала игру. На мизере она взяла три чужие взятки, а в козырях лупила червями вместо пик. После этого подсчет стал совершенно невозможным, и места распределили на глазок, — я, что удивительно, снова лидировала. Толи новичкам везет, толи я одна смогла проникнуться своеобразным стилем игры Натальи Александровны.
Тихо бубнил большой плазменный телевизор на стене, стрелки часов приближались к одиннадцати, Наталья Александровна с сыном уже собирались к себе, — Бьянка составляла чашки на поднос, — как вдруг, со стороны коридора раздался резкий и короткий вскрик. Перепуганные, — а вдруг что-то с Мишей случилось?! — мы бросились на крик, шедший из ванной.
Столпившись у двери, мы начали стучать, изнутри доносились какие-то стоны, неразборчивые слова, и Митя, с разбегу ударив дверь плечом, выбил некрепкий, скорее декоративный, запор. Следом за ним в мраморный зал заскочила вся компания."
"(«Мраморным залом» это помещение я назвала не случайно. Ванная комната была огромной.
