Таня Гроттер и пенсне Ноя

– А, привет, Шурочка! Ты за конспектами? – спросила она с такой простодушной приветливостью, что сердце у Шурасика едва не расплавилось от горя. Он осознал вдруг, что для Лотковой он навсегда останется источником конспектов и готовых домашних заданий. Эдаким самопередвигающимся зубрилом и заклинанием в брюках и ботинках. Таких, конечно, уважают и на экзаменах садятся к ним поближе, но вот по побережью… по побережью они гуляют одни.

– Э, ну да! За конспектами, – безнадежно сказал Шурасик.

– Фу, какой противный! Но ты потерпишь? Тебе ведь не нужна сегодня тетрадь?

– Потерплю! Я всегда все терплю, – буркнул Шурасик и, повернувшись, побрел куда глаза глядят.

Он казался себе эдаким высоколобым уродцем, безвременно постаревшим и готовым разве только к немедленному присвоению ученой степени «профессора кислых щей».

– Что с тобой, Шурочка? – безмерно удивилась Лоткова.

– Я не Шурочка! Ясно тебе?! Не Шурочка! Я «он», «он»! Человек я! – закричал срывающимся голосом Шурасик и бросился бежать со всех ног. И только переплеты магических фолиантов в самом дальнем углу книгохранилища знали, как он провел тот вечер.

Но это случилось уже довольно давно, когда Катя даже не встречалась еще с Ягуном. Теперь же Шурасик полностью восстановил душевное равновесие и, наплевательски относясь к настоящему, все свои надежды связывал с будущим, которое потому и казалось радужным, что было где-то далеко и не имело определенных очертаний.

Закончив мечтать, Шурасик счастливо улыбнулся и, обозрев гору возмущенных его невниманием книг, вытащил из-под «Анатомического атласа нежити», превратившегося от злости в гранитную глыбу, красочный пухлый журнальчик с симпатичной магвочкой на обложке.

Эта магвочка имела обыкновение бросаться на шею к тем читателям, что оформили годовую подписку. Тех же, кто подписывался на журнал повторно, магвочка еще и целовала. Правда, по настроению могла и физиономию расцарапать.

Вы удивлены? Что ж тут такого? Порой для отдыха Шурасик любил почитать заурядный цветной журнальчик с Лысой Горы с оживающими картинками и блоками рекламы, пестро разбросанными по страницам. Вот и у этого журнальчика сзади на обложке была глухая дверь с подтеками крови, словно явившаяся из сказки о Синей Бороде.

Табличка на двери гласила:

«Театр дверей. Работает круглосуточно, кроме всех четных и нечетных дней месяца. Постучи!»

Шурасик ухмыльнулся. Он отлично представлял, что это такое. Главное – не стучать в дверь и не прикасаться к ручке, если не хочешь провалиться в Потусторонний Мир. Скучающие мертвяки обожали давать вредоносную рекламу, расплачиваясь за нее проклятыми кладами и прочей сомнительной валютой.