Тайна проклятого герцога. Дилогия (СИ)

Пять лет пустоты и борьбы за любовь той, что скорее безупречная мраморная статуя, чем женщина — это слишком много даже для черного мага.

Мы неспешно поднимались по лестнице, а за спиной сияла тусклым голубоватым светом столица, все громче и тревожнее звенели колокола, слышались крики, топот ног, приказы стражников дворца, о закрытии центральных ворот…

— И все встало на свои места, когда Дэс достал дневник матушки Иоланты, — усмехнулся, словно не замечающий переполоха и паники принц Теодор.

Мне следовало бы промолчать, но я тихо спросила:

— И вы возненавидели свою супругу?

Его высочество усмехнулся, затем негромко произнес:

— Если бы я добивался ее руки, если бы поступил с ней так, как Дэс поступил с вами, взяв в жены без ее согласия, если бы допустил не то что проверку ее чувств, а хотя бы мысль об этом… Но все было не так.

Диана проявила настойчивость, именно она призналась мне в любви, которой никогда не было и заговорила о браке, который сделал бы ее самой счастливой на свете…

— Мне очень жаль, — едва слышно пробормотала я, почему-то испытывая жалость к ним обоим.

— Переболел, — насмешливо ответил Теодор.

 — К слову, как вы себя чувствуете?

Переход был неожиданным.

— Благодарю, все хорошо, — с некоторой заминкой, все же ответила.

— Замечательно, — его высочество от чего-то крайне довольно улыбнулся, — к слову, кое-какое влияние на вас оказал Рейн, поверхностное, Дэс запретил большее, решив, что вам и так досталось, но теперь, едва на вас попытаются ментально воздействовать, вы услышите чириканье.

— Что?!

— Не беспокойтесь, — его высочество широко улыбнулся, — глаз с вас не спустим ни я, ни Рейн с Джасом, но так, на всякий случай, решили подстраховаться.

Осознать услышанное принц Теодор не позволил, ускорив шаг, мне же оставалось лишь следить за тем, чтобы не споткнуться.

Мы промчались вверх по лестнице, и остановились, ступив на отполированную плиту, устилающую переход от ступеней к дверям дворца. Его высочество обернулся, некоторое время смотрел на тревожно сияющую охваченную паникой столицу, затем развернулся и с поистине царским величием повел меня в оплот императорской власти.

Во дворце я оказалась впервые. Род Уоторби несмотря на славную историю, никогда не был приближенным к королевской династии, — ставшей с недавним объединением северных земель империей, и все, что мне доводилось видеть ранее — высокий железный забор, окружавший дворцовый парк, да аллею славы, на которой были выставлены бюсты наиболее известных полководцев, ученых и политических деятелей королевства.

А потому сам дворец я рассматривала с живейшим интересом.

Стены императорской резиденции были окрашены в пурпурные цвета и покрыты позолотой от нижней трети до пола.