11
0Должно быть, Белз понял, что запахло жареным, и решил на время залечь на дно: пудрить головы крестьянкам в какой-нибудь отдаленной деревушке тоже бывает весело.
И все-таки — вернулся.
Только несколько часов назад Лили наконец перестала по нему убиваться и… вот он, тут как тут.
— Зачем ты вернулся, Белз? — спросила я, оглядываясь.
Правильно поняв мой взгляд, брат растянул губы в улыбке.
— Присаживайся, сестренка, — он глазами указал на кресло напротив.
Я задумалась.
С одной стороны — брат точно приготовил мне какую-то подлянку, не просто так он ждал меня в комнате.
С другой — какую именно?
Я должна была бы не садиться в кресло, на которое он мне указывает, и сесть на кровать.
Но вдруг именно этого он от меня и ждет?
Останусь стоять — продемонстрирую слабость.
Улыбнувшись, я подошла к креслу брата и села на подлокотник.
— Растешь, сестренка!
— Скажи еще, что на кровати и на втором кресле нет ловушек, — проворчала я.
— А ты проверь, — улыбнулся братец так очаровательно, что если бы я не была его сестрой, немедленно захотела бы продать душу за крохи его расположения.
Благо, мы были кровными родственниками, а потому я просто закатила глаза.
Подойдя к кровати, я дернула вверх одеяло. На простыни лежала ярко-зеленая змейка — речной уж, с виду безобидный, ужасно ядовитый.
Если бы я на него села, у меня были бы все шансы остаться без той конечности, в которую впились бы острые зубы ужа.
Впрочем, речные ужи были ужасной редкостью, поймать их было сложно, а их яд… я уже отчаялась найти его на черном рынке!
— Это мой подарок для тебя. В честь встречи.
Я кивнула, и тут поняла, что ладонь, которой я держу одеяло, нестерпимо жжет.
— А это чтобы не расслаблялась! — мне в спину крикнул Бейлз, пока я перетряхивала весь свой запас зелий в поисках универсального противоядия — мало ли, чем он обработал одеяло.
Можно было бы взять реванш… В этот раз бы у меня получилось. К примеру, братец уж слишком близко сел к книжному шкафу, не все книги в котором были безопасными. Один щелчок пальцев — и я смогу насладиться как минимум его вскриком, как максимум — кровотечением из прокушенной шеи.
Но не время.
Нужно уметь плыть по течению. У меня в рукаве есть козырь, который нужно правильно обыграть.
“Ах, милая доченька, — любила повторять мама, — чтобы одолеть мужчину, любого мужчину, первым делом ты должна заставить его поверить, что слабее тебя — только котята, которые живут в домах у светлых и не способны сами удавить комара”.
— Итак? — обернулась я, старательно корча обиженное лицо.
— Мне нужна твоя помощь, — заявил Белз, улыбнувшись. — У одной светлой есть… кое-что, что принадлежит мне. Ты должна помочь мне вернуть это.
