7
0Отец растерялся на пару минут, и я воспользовалась этим, чтобы снять с его плеча волосок.
Кровь подошла бы лучше, но добыть у Верховного темного мага кровь так, чтобы он ничего не заподозрил, — на это я пока была неспособна.
Ничего, проклятье, построенное на волосах отца — тоже сильная вещь.
Этот светлый будет бежать из нашего поместья дальше, чем светит солнышко!
— Ну хватит, хватит, — неловко погладил меня по плечу отец. — Ты ведь моя маленькая ядовитая змейка.
— Не выдавай меня замуж за светлого, папа, — умоляюще посмотрела на него я.
— Хватит дурить мне голову, — рявкнул отец. Проклятье, переборщила все-таки! Не поверил! — Твой жених вот-вот приедет свататься, так что будь так коварна, припудри лицо, чтобы выглядеть получше! Обмани его, притворись красивее, чем ты есть!
В этот момент в дверь коротко стукнули, она открылась, и на пороге показался наш дворецкий по имени Ренфилд. Много столетий назад он через моего прапрадеда продал душу Проклятому в обмен на вечную жизнь.
Ну, прапрадед в договоре и не обещал, что вечная жизнь не предполагает вечной же работы в нашем роду дворецким.
— Мерзкого дня, — скривился Ренфилд. Высокий, тощий, в мятом пиджаке и с всклокоченными волосами. — Там какой-то светлый.
К сожалению, договор с дядей в равной степени не мешал Ренфилду относиться к своей работе спустя рукава.
— Кто именно? — откашлялся отец, вставая и окончательно становясь тем, кого называют Ваше Темнейшество.
Верховный темный маг — это вам не шутки. Высокий, мощный, в плаще с алой подкладкой — отцу была не чужда театральность.
— Идите и спросите, — бросил Ренфилд, отворачиваясь. — Я вам тут работать не нанимался.
— Прокляну, — коротко пообещал отец.
Глазки Ренфилда, который встал по стойке смирно, тут же забегали.
— Не представился, ваше темнейшество! — залебезил он. — Говорит — к мисс Медее! По поводу сватовства!
— О, дочка, вставай. Не забывай коварно улыбаться и делать вид, что согласна со своей судьбой. Введи этого светлого в заблуждение, запутай! Влюби его в себя, укради его сердце, сделай своим рабом, как полагается темной. Ну, не мне тебя учить.
Я отвела глаза. Любовный приворот никогда не был моей сильной стороной. А вот проклятья… я покрепче сжала в кулаке отцовский волос.
Держись, светлый!
Ты сам передумаешь и будешь туфли императору целовать, лишь бы на мне не жениться.
Чинно опустив взгляд и подняв черную ткань юбки, я спустилась вниз вслед за отцом и мамой, которая сразу же перестала изображать планируемый в ближайшем будущем сердечный приступ.
Оказавшись на первом этаже у входной двери, я подняла взгляд на пришедшего и замерла.
