7
0Не по какой-то особенной причине. Просто не сошлись характерами, так бывает.
В то время я очень плохо сходился с людьми, с трудом уживался с собственными кошмарами. Все вокруг казались мне врагами, и я ненавидел их всех. Всех, кроме братьев. И пусть я их не понимал, они часто меня раздражали, и все же. Братьев я полюбил не смотря ни на что."
"Однажды Ники сильно поссорился с родителями. Оказавшись ни в то время, ни в том месте, они увидели его с парнем и выгнали из дома. Ники в тот день пришел к нам, чтобы попрощаться. Никогда не прощу Лютера и Марию за то горе, что он пережил в тот день.
Ники уехал в Германию. Где спустя три дня стал свидетелем покушения на убийство и был застрелен, закрыв собой раненую девушку. Эрик нашел его, истекающего кровью в подворотне, и обратил. Говорит, что не мог дать умереть такому смелому и добросердечному человеку, но мы знаем, что на самом деле он просто сразу же влюбился в Ники. И это единственное, что радует меня во всей этой поганой истории.
В итоге Дэвид, конечно же, принял Ники. Они учили его контролю, показали, какой должна быть по настоящему любящая семья, и спустя три года он попросил их съездить вместе с ним в бывший дом, чтобы узнать, все ли в порядке у его братьев.
Он приходил к нашему дому в течение десяти дней. Смотрел, как мы живем, а жили мы так себе, потому что тогда я как раз только убил нашу с Аароном мать. Она била брата, постоянно, и я не раз предупреждал ее. Говорил, чтобы она перестала это делать, но все было бесполезно.
В один день, когда он чуть не умер у меня на руках, я не выдержал. Отравил ее. И Аарон так и не смог простить меня за это. Как бы то ни было, я сделал, что был должен. А прощение Аарона уже не имеет для меня особого значения. Мало, что остается важным, когда ты живешь так долго.
Но мы говорили о другом. Ники узнал, что у нас произошло, но конечно, он ни чем не мог помочь. На десятый день, когда он пришел посмотреть на нас в последний раз, собираясь больше никогда не возвращаться, меня нашел Дрейк. Не знаю как, он сдох раньше, чем я смог это выяснить, но тем не менее. Он вломился в наш дом, и пытался сделать то же, что ему уже давно нравилось со мной делать. Я пытался отпираться, орал, как припадочный, пока он бил меня, чтобы заставить замолчать.
Это все и услышал Ники. Он убил его сразу же, как понял, что происходит, но для меня было уже слишком поздно. Ребра оказались сломаны и они проткнули легкое. Я знал, что умираю.
Ники убежал, и спустя несколько минут вернулся с Эриком, слезно умоляя его помочь мне.
И Эрик помог. Было бы совсем не удивительно, если бы после этого он о содеянном сильно пожалел, но я слышал его мысли. Он не жалел ни разу.
Как только я пришел в себя, то стал просто невыносимым. Единственное о чем я мог думать, это безопасность Аарона.
